— Органы государственной безопасности реорганизованы, значительно сокращены, освобождены от несвойственных им функций, очищены от карьеристских элементов. Органы государственной безопасности это уже не пугало, каким их пытались сделать в недалеком прошлом Берия и его подручные, а подлинно народные политические органы нашей партии в прямом смысле этого слова. Теперь чекисты могут с чистой совестью смотреть в глаза партии, в глаза советского народа.
Шелепин вновь рассказал о принципиально новой линии органов госбезопасности:
— Стали широко применять предупредительные и воспитательные меры в отношении тех советских граждан, которые совершают политически неправильные поступки, порой граничащие с преступлением, но без всякого враждебного умысла, а в силу своей политической незрелости или легкомыслия.
Выступление председатель КГБ закончил призывом к юридической науке «предусмотреть меры наказания за проявления бюрократизма». Зал поддержал его аплодисментами. Шелепин язвительно напомнил юристам, что пора обновить Гражданский кодекс:
— В нем указывается, что каждый гражданин имеет право организовывать промышленные и торговые предприятия, учреждать акционерные общества и концессии. Некоторые статьи этого кодекса благословляют право частной собственности и право на использование наемной рабочей силы. И это, товарищи, в то время, когда мы вступаем на порог коммунистического общества!
Заключительным аккордом ХХII — последнего хрущевского — съезда партии стало решение убрать Сталина из Мавзолея на Красной площади. 13 октября, когда съезд уже заканчивал работу, первый секретарь Ленинградского обкома КПСС И. В. Спиридонов зачитал предложение переместить тело Сталина из Мавзолея в другое место. Предложение поддержал первый секретарь Московского горкома партии П. Н. Демичев.
Следующим предстояло выступать первому секретарю ЦК Компартии Грузии В. П. Мжаванадзе — предложение обязательно должны были поддержать земляки Сталина. Секретарь ЦК Фрол Козлов заранее объяснил Василию Павловичу задачу. Но на утреннее заседание Мжаванадзе пришел с завязанным горлом. Шепотом пояснил, что у него начался воспалительный процесс, он потерял голос и говорить не может. Вместо него на трибуну отправили председателя Совета министров Грузинской ССР Гиви Дмитриевича Джавахишвили. Он был верным соратником Мжаванадзе, работал с ним с сентября 1953 года. Пришлось выручать старшего товарища, не желавшего выступать против Сталина. Джавахишвили довольно невнятно произнес, что Грузия согласна с предложением вынести гроб с телом Сталина из Мавзолея. Съезд проголосовал за это предложение: «Признать нецелесообразным дальнейшее сохранение в Мавзолее саркофага с гробом И. В. Сталина, так как серьезные нарушения Сталиным ленинских заветов, злоупотребления властью, массовые репрессии против честных советских людей и другие действия в период культа личности делают невозможным оставление гроба с его телом в Мавзолее В. И. Ленина».
«Вчерашний день — решение съезда о Мавзолее, — записал в дневнике Александр Твардовский. — Да, нехорошо, нужно исправить ошибку 1953 года, но как было бы благопристойнее, если бы не было этой ошибки. Я могу попрекать себя за стишки, которые тогда были искренними — “И лежат они рядом...”, но кого попрекать за то, что он положен был рядом. Так велика была инерция принятого, утвержденного всеми средствами воздействия на сознание равенства этих личностей (даже более, чем равенства)».
Начальника 9-го управления КГБ генерал-лейтенанта Н. С. Захарова и его заместителя, коменданта Кремля генерал-лейтенанта Андрея Яковлевича Веденина предупредили заранее. Хрущев пригласил их в комнату Президиума ЦК:
— Место обозначено. Комендант Мавзолея знает, как рыть могилу. Инструкции получите от товарища Шверника. Необходимо, чтобы перезахоронение прошло без шума.
Распоряжался всем председатель Комитета партийного контроля при ЦК КПСС Николай Михайлович Шверник. 31 октября гроб вынесли из Мавзолея. Это произошло глубокой ночью, через несколько часов после закрытия съезда. Красную площадь оцепили под предлогом репетиции парада к годовщине Революции. Мавзолей обнесли фанерным забором, чтобы ничего не было видно.
Офицеры Кремлевского полка вынесли саркофаг из Мавзолея и доставили в лабораторию, где с мундира генералиссимуса сняли Золотую Звезду Героя и заменили золотые пуговицы на латунные. Останки вождя переложили в гроб, изготовленный из сухой древесины в столярной мастерской Отдельного полка специального назначения комендатуры Кремля. Крышку гроба закрыли Шверник и сотрудник секретной лаборатории, которая обслуживала Мавзолей.
Могилу у стены выкопали солдаты Кремлевского полка. Положенные в могилу мощи тут же заложили бетонной плитой. Через девять лет, в 1970 году, на могиле Сталина у Кремлевской стены установят памятник работы президента Академии художеств скульптора Николая Васильевича Томского. Большой белой лентой закрыли надпись «Ленин — Сталин» на фронтоне Мавзолея — пока не сделали новую надпись. Внутри Мавзолея саркофаг с телом Ленина вернули на прежнее место.
