Сергея Павловича арестовали на несколько месяцев позже Глушко, но осудили раньше. В 1938 году Военная коллегия Верховного суда Союза ССР приговорила его к 10 годам тюремного заключения за «участие в антисоветской террористической и диверсионной деятельности». Его этапировали в колымские лагеря. Он жестоко страдал от голода и цинги, потерял 14 зубов и мог там погибнуть, но за него вступились знаменитые в те годы летчики Валентина Степановна Гризодубова и Михаил Михайлович Громов. Оба были Героями Советского Союза и депутатами Верховного совета СССР. По их депутатскому запросу 13 июня 1939 года Верховный суд отменил приговор в отношении Королева, дело отправили на новое рассмотрение. Бериевские послабления? Вот им цена: 10 июля 1940 года Особое совещание при НКВД приговорило Королева к 8 годам исправительнотрудовых лагерей. Раз арестовали — значит виновен. Но в лагерь все-таки не отправили. Перевели в ОТБ. Королев работал под руководством тоже осужденного авиаконструктора Андрея Николаевича Туполева, будущего академика, трижды Героя Социалистического Труда и лауреата всех премий.
Осенью 1942 года Сергея Павловича перевели в казанскую тюрьму, где сидел его недавний сослуживец Глушко. Фамилии у Глушко не было, был номер, он подписывал чертежи не фамилией, а номером: зэка номер такой-то. Зэка Глушко стал главным конструктором двигательных установок для самолетов, зэка Королев — его заместителем.
Работал Глушко без отдыха, педантично и успешно, стараясь не обращать внимания на то, что творится вокруг. Его ракетные двигатели ставили на самолеты, которые развивали невиданную скорость. В конце июля 1944 года Глушко привезли к Сталину. Вождю доложили, что ракетные двигатели — очень перспективное направление, и немцы уже начали испытания реактивных самолетов. Вождь был весьма доброжелателен с человеком, которого едва не погубил. Сказал, что Глушко может составить список сотрудников, заслуживающих досрочного освобождения. Валентин Петрович назвал 35 фамилий. Нарком внутренних дел СССР Л. П. Берия подписал обращение на имя Сталина, в котором отметил работу заключенных специалистов и попросил досрочно освободить отличившихся. Последовал указ Президиума Верховного совета СССР. Глушко и Королев обрели свободу.
Только тогда Валентин Петрович узнал, что его отец тоже арестован — за «антисоветские разговоры». Старший Глушко умер в заключении. Брата Глушко лишили работы, и он едва не погиб. Мать страдала в блокадном Ленинграде, думая, что уже не увидит сына. Валентин Петрович никогда и ни с кем не говорил ни об аресте, ни о тюрьме. Он стал очень сдержанным и замкнутым. Не мог ни забыть, что с ним сделали, ни избавиться от страха перед тем, что это может повториться...
Глушко с Королевым работали, как сумасшедшие. И не только потому, что работа составляла смысл их жизни. Еще долго они оставались с юридической точки зрения врагами народа, которых всего лишь досрочно выпустили из заключения. Но не простили и не оправдали.
Только через два года после того, как расстреляли Л. П. Берию, в 1955 году, они написали заявления в Главную военную прокуратуру с просьбой их реабилитировать. Глушко получил справку о реабилитации осенью 1956 года, после того, как 2 февраля была запущена первая баллистическая ракета Р-5М с ядерной боеголовкой. Конструктор — Королев, двигатель сделал Глушко. Пуск приурочили к открытию ХХ съезда партии. Ракета стартовала с полигона Капустин Яр. Она пролетела 1200 километров и взорвалась над Приаральскими Каракумами. Взрыв был в четыре раза мощнее того, что уничтожил Хиросиму.
Королева реабилитировали попозже, когда он 4 октября 1957 года отправил в космос первый искусственный спутник Земли. Его творением восхищался весь мир. Но даже находясь в ореоле славы, главный конструктор ракетной техники робко спрашивал у Хрущева:
— Вы-то хотя бы верите, что я ни в чем не виноват?
Сергея Павловича Королева, как обладателя секретов государственной важности, повсюду сопровождала охрана. Он признавался друзьям:
— Вы знаете, никак не могу отделаться от мысли, что они в любой момент могут зайти ко мне в дом и крикнуть: «Королев! А ну, падло, собирайся с вещами!..»
Запуск спутника стал триумфом советской науки. Не только астрономы-любители, но и просто многие люди во всем мире смотрели в небо и искали глазами спутник. Казавшееся фантастическим событие изменило представление мира о нашей стране.
