Спутник был выведен в космос межконтинентальной баллистической ракетой Р-7. Разработали ракету конструкторы Королева с помощью математиков академика Мстислава Всеволодовича Келдыша. Спутник должен был стать летающей лабораторией, но научное оборудование у Академии наук не получалось. Королев предложил запустить простейший спутник — лишь бы обогнать американцев. Он опасался, что Соединенные Штаты его опередят, звонил в КГБ, интересовался, нет ли у разведки данных о готовящемся запуске американского спутника. «Королева просто ужас охватывал, когда он представлял себе, что американцы его обгонят, — вспоминал известный журналист Ярослав Кириллович Голованов. — Он и думать об этом не хотел!»
Когда в руководстве страны осознали, какое грандиозное событие произошло и как оно потрясло мир, Никита Сергеевич принял Королева и признался:
— Когда вы нам писали о спутнике, мы вам не верили, думали, фантазирует Королев. Но теперь другое дело...
Когда Сергей Павлович Королев изготовил первую ракету, члены Президиума ЦК приехали на нее взглянуть. Хрущев признавался потом, что они смотрели на ракету, как баран на новые ворота. Невиданное зрелище! Но на оружие не похоже. Не верили, что эта огромная труба способна куда-то полететь и кого-то поразить.
Командующий артиллерией Советской армии и будущий первый командующий Ракетными войсками и артиллерией сухопутных войск главный маршал артиллерии Сергей Сергеевич Варенцов пренебрежительно говорил о ракетах:
— Голоса пушек — это симфония, голоса ракет — какофония.
Один из армейских генералов заметил:
— Вы заливаете в ракету четыре тонны спирта. Отдайте этот спирт моей дивизии, она любой город возьмет! А ваша ракета в этот город толком попасть не может. Кому это нужно?
Члены Президиума ЦК ходили вокруг ракеты, как крестьяне на базаре при покупке ситца: щупали и проверяли на крепость. С. П. Королев, понимая, что от этих людей зависит его судьба, терпеливо объяснял, как она летает, на что способна. Работа над ракетой шла трудно. Ответственность ее создателей была огромной. Как выразился один из ученых, «все генеральные конструкторы ходят в мокрых штанах».
«Прежде чем подписать бумагу, убедись, что если из-за нее начнут сажать в тюрьму, то ты будешь в конце списка», — повторял маршал артиллерии Николай Дмитриевич Яковлев. Он был председателем Государственной комиссии на испытаниях первой советской ракеты. Сам Яковлев отсидел недолго — после смерти Сталина освободили, но напуган был до смерти.
Запуск спутника стал болезненным ударом для Соединенных Штатов, где не ладилась ракетная программа.
Эдвард Теллер, отец американской водородной бомбы, заявил по телевидению:
— Америка проиграла битву, более важную, чем Пёрл-Харбор.
За первым советским спутником последовал второй — 3 ноября 1957 года — с собакой Лайкой на борту. Так Королев откликнулся на просьбу Хрущева порадовать страну накануне сорокалетия Великой Октябрьской социалистической революции.
В космос впервые отправилось живое существо. Семь дней советские ученые получали информацию о поведении собаки в космическом пространстве. Эксперименты с собаками проводились с лета 1951 года, когда их стали сажать в кабины первых ракет. Эксперименты доказывали, что живое существо способно нормально существовать в космосе. К большому сожалению советских ученых, исследовать Лайку после полета не удалось. Второй спутник не вернулся на Землю — сгорел в верхних слоях атмосферы. Но путь человеку в космос был открыт.
Через четыре дня после отправки Лайки в космос президент США Дуайт Эйзенхауэр получил секретный доклад об отставании от СССР. «Америке угрожает оснащенный ракетами Советский Союз, — говорилось в докладе. — Соединенные Штаты превращаются в державу второго сорта». Еще через месяц, в годовщину японского нападения на Пёрл-Харбор, в США попытались запустить свой спутник. Он приподнялся над мысом Канаверал и рухнул. Контраст между космическими успехами СССР и провалом США не мог быть очевиднее.
Полет старшего лейтенанта Юрия Алексеевича Гагарина в космос стал еще одним триумфом Хрущева, хотя сам он предпочитал говорить о «всемирно-исторической победе Советского Союза».
Уже упоминавшийся на этих страницах Виталий Сырокомский в тот год работал помощником первого секретаря Московского горкома партии. В его записных книжках я нашел разработанный заранее план чествования вернувшегося из космоса Гагарина:
