Рассказы о том, что начальник Главного разведывательного управления Генерального штаба Вооруженных сил СССР генерал-полковник Сергей Матвеевич Штеменко обо всем сообщил министру по своим каналам, за что и пострадал, — миф. Когда Жуков вернулся в Москву, он не знал, что его ждет. Штеменко был лишен возможности о чем-либо доложить министру.
В первый раз Штеменко наказали после ареста Л. П. Берии. Сняли с должности и понизили в воинском звании на две ступени с генерала армии до генерал-лейтенанта. Обвинили его в том, что Штеменко через Берию передавал Сталину «разные сплетни на некоторых руководящих военных лиц». В 1957 году Жуков еще находился за границей, кампания против него только начиналась, а Сергея Матвеевича вновь сняли с должности начальника Главного разведывательного управления.
В аэропорту в Москве Жукова встречали его первый заместитель И. С. Конев и родные. Иван Степанович доложил:
— Вас просили сразу ехать на заседание Президиума в Кремль, вас ждут.
Впоследствии он каялся:
— Я, конечно, виноват, был его первым замом и не поставил в известность о грядущем заговоре. Но что я мог поделать? Обстоятельства сложились так, что ни назад, ни вперед, ни вправо, ни влево — кругом красные флажки: выполняй решения, партийная дисциплина, партийный долг. А вот теперь казню себя.
Жена и дочери уговорили Жукова заглянуть домой, попить чаю. Конев вынужден был согласиться. За это время родные рассказали маршалу то, о чем промолчал его первый заместитель.
В Кремле на него обрушился поток обвинений. Жуков пытался опровергать их, называл дикими. Говорил: мне надо посмотреть документы, чтобы вам ответить. Но в Министерство обороны его не пустили и сразу освободили от должности.
Охранник ожидал Жукова в кремлевской раздевалке. Вспоминал через много лет:
— Появился Георгий Константинович. Таким я его никогда не видел — ни в годы войны, ни после. На лице сине-красные пятна, оно словно окаменело. Но держался прямо, с достоинством. Прибыли домой, на улицу Грановского. После томительной паузы: «Сегодня вечером по радио объявят о моем освобождении с поста министра обороны».
Не знаю, как он, но я почувствовал себя раздавленным. Позвонил своему руководству: «Какие будут указания?» Мне ответили: «Дежурьте, как прежде!»
На следующий день, 27 октября, газеты сообщили, что новым министром обороны назначен маршал Советского Союза Родион Яковлевич Малиновский. Собрали Пленум ЦК, посвященный партийнополитической работе в армии. В реальности бичевали Жукова. На него навалилась уже вся партийная верхушка. Георгия Константиновича буквально топтали ногами. Он недоуменно говорил:
— Три недели назад, когда я уезжал, вы все со мной так душевно прощались, а теперь... Что же произошло за три недели?
Министр обороны даже не понял, что он противопоставил себя всей партийной власти. Уж очень он был уверен в себе. А они сговорились убрать его с политической арены. Дело не только в личном противостоянии Хрущева и Жукова. Маршал имел собственные представления о том, как нужно строить современную армию. Неграмотные в военном деле партийные руководители ему мешали. А партийные секретари удивлялись Жукову: неужели ты не понимаешь, что армия — это инструмент партии и важнее всего удержать власть? А Жуков считал, что задача армии защищать государство от внешнего врага.
Георгий Константинович не позволял отвлекать армию от военных дел. Секретарь ЦК Л. И. Брежнев попросил министра обороны выделить для работы в народном хозяйстве 75 тысяч автомашин, 150 тысяч шоферов и 300 тысяч солдат. Жуков отказал. А партийные секретари привыкли использовать бесплатную и бессловесную рабочую силу для уборки урожая.
Задним числом маршала Жукова выставили самодуром, а он завоевал уважение офицерского корпуса тем, что поднял зарплаты, навел порядок. При этом он радикально сократил Вооруженные силы — почти на полтора миллиона человек. Когда шло сокращение, Жуков старался сохранить побольше строевых командиров, увольнял тыловиков и политработников. В 1955-м сократил должности заместителей командиров рот и батарей по политической части. На флоте сократил половину политработников. Строевые офицеры целый день в поле на учениях, а политработники в клубе газеты читают, к лекции готовятся... Жуков считал их бездельниками.
В марте 1956 года на совещании командного состава Вооруженных сил обсуждался вопрос о дисциплине в войсках. 12 мая Жуков подписал приказ № 0090 «О состоянии воинской дисциплины в Советской Армии и Военно-Морском Флоте и мерах по ее укреплению». В нем отразил бедственное положение в войсках:
