В этом мире, говаривал Наполеон, есть только две возможности — или командовать, или подчиняться. Жуков принадлежал к тем, кто с детства мечтает командовать другими. В нем было умение подчинять себе. Он родился таким, такова была его генетическая структура.
Стремительный взлет Жукова походил на взлет других отличившихся. Сталину вообще претила обычная форма карьерного роста. Понравившегося он сразу определял на высокий пост. А дальше — как у кого. Георгий Константинович справлялся с любой должностью, а многие другие лишались и высокого кресла, и самой жизни.
Жуков не испытывал страха ни на обильно политом кровью поле боя, ни на натертом до блеска кремлевском паркете . У него было мужество решимости, без которого немыслим настоящий полководец. И крепкие нервы. Он безостановочно двигался вверх по карьерной лестнице. Не потому, что ему кто-то ворожил. А потому, что не продвигать его было невозможно. Но вот вопрос: а политические амбиции у маршала Жукова существовали?
Он принадлежал к когорте прирожденных военных, но собирался ли носить форму до самой пенсии? Пост военного министра — вершина карьеры? Или ступенька в восхождении на олимп? Кем он сам видел себя в будущем? Были основания у кремлевских властителей воспринимать маршала как опасного конкурента? Иначе говоря, стоило ли товарищам по партии, коллегам по Президиуму ЦК опасаться влиятельного и популярного министра обороны, главного полководца Великой Отечественной?
Человек самостоятельный, он мог мешать далекоидущим планам руководителя партии. Его положение и авторитет позволяли претендовать на первые роли. Хрущев, конечно же, воспринимал Жукова как политического соперника. Жесткий характер маршала, его полнейшая самоуверенность пугали не только Хрущева, но и Сталина.
Когда Сталин умер, не очень популярная и не очень уверенная в себе новая власть поспешила опереться на авторитет «маршала Победы». Он возглавил только созданное из Военного и Военно-морского министерств новое объединенное Министерство обороны СССР.
Он много сделал для Вооруженных сил. Неустанно модернизировал армию. Создавал мобильные части, внедрял новую технику, наращивал численность воздушно-десантных войск. Требовал изучать современную технику и передовую военную теорию. Высшим офицерам объяснял, что нужно серьезное внимание уделять буржуазной военной науке.
Осенью 1953 года семь военачальников обратились в ЦК партии. Они предупреждали, что США скоро развернут баллистические ракеты и нужно создавать противоракеты. Жуков их поддержал. 28 октября Совет министров СССР издал распоряжение «О возможности создания средств противоракетной обороны». На следующий год началось развертывание системы защиты Москвы от ракетного оружия.
При этом Жуков с Хрущевым отказались от военно-морских баз в Китае — в Порт-Артуре и Дальнем. Кто-то считает это ошибкой. Но несложно представить себе, что творилось бы вокруг советских баз, когда отношения с Китаем стали враждебными и бушевала культурная революция. Схватка за базы могла привести к настоящей войне.
В Финляндии советская военная база находилась рядом со столицей. «Наш посол, — вспоминал Хрущев, — докладывал, что наша база угрожала своими пушками Хельсинки, мы подвергали самолюбие финнов болезненным уколам».
Хрущев спросил у Жукова:
— Георгий, наша база в Финляндии представляет ценность?
— Никакой.
— А если не будет этой базы, может возникнуть угроза со стороны финнов?
— Ни малейшей.
Жуков с Хрущевым оказались правы. В результате Финляндия была и осталась самой расположенной к России страной в Европе.
К шестидесятилетию, 1 декабря 1956 года, Жуков получил четвертую Золотую Звезду Героя Советского Союза. В июне 1957 года, когда маршал поддержал Хрущева, его авторитет в стране и армии вырос невероятно. До власти — один шаг. Но этот шаг никогда не будет сделан. Взлет маршала напугал многих.
Четвертого октября 1957 года в Советском Союзе запустили первый искусственный спутник Земли. Его вывела в космос межконтинентальная баллистическая ракета Р-7, разработанная Конструкторским бюро С. П. Королева. Она взлетела с Научно-исследовательского испытательного полигона № 5 Министерства обороны СССР (НИИП № 5 МО СССР), ныне известного как космодром Байконур. Именно Жуков доказал необходимость строительства главного испытательного полигона. Он прислушался к мнению Сергея Павловича:
— Полигон должен быть максимально близок к экватору, чтобы эффективно использовать скорость вращения Земли. Если стрелять на восток, к скорости ракеты прибавится окружная скорость географической точки космодрома. Казахстан дает прирост более 300 метров в секунду.
Поэтому и построили космодром в тяжелейших условиях пустыни, где не было ни населения, ни дорог, ни коммуникаций, ни электроэнергии. Отсюда стартовала Р-7, созданная Королевым. Она могла обрушить ядерный груз на территорию США.
В январе 1957 года Жуков добился принятия решения и о создании будущего космодрома Плесецк. Тогда это была боевая стартовая позиция — объект «Ангара». Там развернули первое ракетное соединение.
