Хрущев пригласил в Москву первого секретаря ЦК КП Казахстана Жумабая Шаяхметова. Долго беседовал. Присматривался. Спрашивал, какие земли пригодны под распашку, сколько зерна можно будет собрать. Руководитель республики Никите Сергеевичу не понравился. Шаяхметов, как показалось Хрущеву, отвечал неискренне, занижал возможности Казахстана, доказывал, что земель, пригодных к распашке, в республике очень мало.
Шаяхметов проучился три года в аульной школе и окончил двуклассное русско-казахское училище в селе Полтавское (Омская область), батрачил, а потом работал в различных советских учреждениях — секретарем волостного ревкома, агентом уездного уголовного розыска. Десять лет прослужил в госбезопасности . С должности заместителя начальника Управления НКВД по Алма-Атинской области в июле 1938 года Шаяхметова кооптировали в состав ЦК КП(б) Казахстана и назначили третьим секретарем ЦК. Через год утвердили вторым секретарем, а в апреле 1946 года поставили во главе республиканского ЦК. Он стал первым за четверть века казахом, которому поручили руководить своей республикой, хотя полномочия его были весьма ограниченны — важнейшие решения принимались в Москве.
Никита Сергеевич выразил недовольство тем, что поставки зерна, мяса, хлопка, шерсти из Казахстана падают. Вернувшись из Москвы, Шаяхметов поделился в Алма-Ате с товарищами:
— Должен сообщить, что мое выступление на Пленуме ЦК КПСС не оказалось на высоте тех задач, которые были поставлены Центральным комитетом нашей партии, и было неудачным. После Пленума Хрущев на совещании секретарей обкомов нашей республики предъявил нам высокие требования, вытекающие из удельного веса Казахстана в сельском хозяйстве страны и конкретных недостатков нашего руководства.
Никита Сергеевич уверился, что Шаяхметов сознательно вводит его в заблуждение. Глава Казахстана, видимо, рассуждал так: распашка новых земель потребует рабочих рук, в республике их нет, привезут из России, а русских и украинцев уже и так слишком много, значит, доля коренного населения снизится. Руководители Казахстана, надеясь уберечь республику от этой кампании, доложили в ЦК, что «распашка целинных и залежных земель приведет к нарушению интересов коренного казахского населения, так как лишает его выпасов скота».
Увидев, что Жумабай Шаяхметов ему не помощник, Хрущев сменил руководство республики. В Москву пригласили всех членов Бюро ЦК КП Казахстана.
Никита Сергеевич прямо спросил Шаяхметова:
— Подъем целины — огромная кампания. Вы, нынешние руководители Казахстана, сможете управлять таким большим делом?
Члены Бюро молчали. Шаяхметов понял, какого ответа от него ждут:
— Прошу освободить меня от поста. Я постарел, да и здоровье у меня не очень.
Шаяхметову было всего 52 года. Довольный Хрущев похлопал его по плечу :
— Настоящий большевик!
Он поручил Шаяхметову через два дня провести вне-очередной Пленум ЦК КП Казахстана по кадровому вопросу. Пленум собрали 5 февраля 1954 года. Руководителю республики пришлось публично каяться:
— У меня не хватило размаха и уровня, необходимого первому руководителю ЦК партии Казахстана. Я вполне понимаю свою ответственность и тем более свой провал, провал руководства Бюро ЦК в такой ответственный момент, когда партия ставит по-новому большие грандиозные задачи в области подъема сельского хозяйства.
Жумабая Шаяхметова освободили от должности, а в апреле перевели из Алма-Аты первым секретарем Южно-Казахстанского обкома партии. Все следили за тем, как поведет себя на новом месте бывший руководитель республики. Первый секретарь не пил и не курил, когда его приглашали в гости, помощник предупреждал:
— Чтобы спиртного не было. Если Жумеке увидит, то не сядет за стол.
Через год его отправили на пенсию, потому что он тяжело заболел. Он присутствовал на Семипалатинском полигоне, когда 29 августа 1949 года проводилось испытание первого ядерного устройства. Может быть, радиация стала причиной болезни... Шаяхметову выделили небольшую квартиру в столице.
С 23 февраля по 2 марта 1954 года в Москве проходил знаменитый «целинный» Пленум ЦК КПСС, принявший постановление «О дальнейшем увеличении производства зерна в стране и об освоении целинных и залежных земель».
Первым секретарем в Алма-Ату Хрущев послал бывшего руководителя Белоруссии, бывшего секретаря ЦК, а ныне министра культуры СССР Пантелеймона Кондратьевича Пономаренко. Вторым секретарем сделал Л. И. Брежнева. Им и предстояло поднимать целину. Для Пономаренко назначение в Алма-Ату было дорогой, ведущей вниз по карьерной лестнице. Для Брежнева — началом нового взлета.
