– Сань, – перешла от общего к частному Оксана, – тебя же друзья называют Деловой. Давай под твоим чутким руководством соорудим дачку! У нас в профсоюзе дают чудесные участки на самом берегу Камы, отличный подъезд круглый год.
– Не тянет меня к этому, Оксан. Увязну в грядках, окажусь в задних рядах, – не поддержал почин Дьяков.
– Не обижайся, но твоя глубокая скорбь необоснованна. Изредка потолкаться за чужой спиной даже полезно. Это напоминает, что ты не пуп земли и что кроме тебя есть другие, не менее шустрые, рядом с которыми не стоит расслабляться. И это сигнал, что ты где-то и что-то делаешь не так. Применительно к твоему вильвенскому эпизоду, я даже догадываюсь, что именно. Будем сыпать соль на раны или пошлем все подальше и забудем?
– Нет, посыпай. Мне даже интересно.
– Принципиальное «не то»: ты ведешь себя с районными председателями только как с подчиненными: приказал – сделали, не выполнили – врезал. И упаси Бог, чтобы они подумали быть с тобой на равных. Хоть раз в месяц. Ты считаешь, что приказать ты им можешь все. Но есть действия, о выполнении которых даже подчиненных надо просить. Поддержка тебя или твоего протеже на выборах – из этого набора. Если соотношение приказов и просьб составляет девяносто процентов к десяти, то на восемьдесят процентов ты должен быть строгим начальником, а на двадцать – коллегой, человеком.
– Почему не на десять?
– Для резерва доброты. Ты же районщикам не оставил и одного процента для уважения и солидарности. Не послушал их и не дал УАЗ Федотычу. И помнишь, на совещании, когда ты подменял председателя? Ты с ними не разговаривал, а рычал. На банкете, где мы снова встретились, они смотрели на тебя, как на «чужого». Точнейший показатель: выпить в свою компанию районщики тебя не пригласили. На выборах они против тебя ничего не делали. Но и «за» тоже пальцем не шевельнули. А без их подсказки кто тебя, залетного, знает? Кому ты там нужен? Теперь мы точно знаем – четырем процентам. И за это спасибо. Для других игр, Саня, твой подход, может, и оптимальный. К примеру, для армии, где существуют лишь «так точно» и «слушаюсь». Хотя в настоящем бою вряд ли солдат прикроет собой такого командира от пули. Но в игре, в которую ты сегодня играешь, стиль нужен другой. Почему это фиаско меня не очень огорчает? Уверена, что у тебя все получится как надо. Вспомни, каким «своим в доску» ты был в университетском профкоме. Об этом твои однокашники до сих пор вспоминают с придыханием. И все будет, «как учили»!
Умолчала Оксана лишь об одном. Если случится еще один сбой, за «тылы» их союза Саня может не волноваться. Она их прикроет.
Ее профсоюзный шеф рассказал не только о возможностях приобретения дачного участка. Он попросил Оксану перейти на скромную должность его советника (пока скромную), чтобы «в условиях перестроечного бардака присматривать за экономикой нашего профсоюзного хозяйства». Хозяйство оказалось большим и разнообразным, а знаний для качественного присмотра за ним было маловато. Не высокой теории, а знания примитивных деталей «актива» и «пассива», «баланса доходов и расходов». Ну и что, решила она, знания не нефть, они ресурс пополняемый. И три дня назад записалась на трехмесячные курсы бухгалтеров. Не ради «корочек».
Двух выходных дней Дьякову оказалось достаточно, чтобы взять себя в руки, прокачать ситуацию и прикинуть план действий. Уже в понедельник после обеда его принял ошалевший от внезапно привалившего счастья председатель областного Совета народных депутатов. Дьяков и Костин друзьями не были, но знали друг друга давно. И не только. Когда, после возвращения из аспирантуры, Костина не взяли в Солегорский горком, Дьяков рекомендовал его заместителем председателя горисполкома. Правда, обком его рекомендацию зарубил.
Неудивительно, что председатель не задумываясь принял предложение опытного аппаратчика Дьякова возглавить аппарат областного Совета. По чиновничьей иерархии его нынешняя и будущая должности были равными. Желание сделать рокировку из исполкома в Совет Дьяков аргументировал доходчиво:
– Сейчас я занимаюсь кадрами и организационным обеспечением мероприятий. Работа в основном ногами. Извилины мхом покрылись. А в Совете к этому добавляется работа аппарата над проектами законов. Может быть, вспомню, что я юрист.
– Резонно, но напомню, Александр Игоревич, что будет у тебя еще одна дополнительная функция – завхозовская. Помнишь, как в старой песенке: «Цыпленок тоже хочет жить!». Добавлю: желательно – жить сытно. Но я твою хватку помню и уверен, что наши цыплята, то есть депутаты, обижены не будут.
– Об этом не беспокойтесь. Леонид Геннадьевич! Это я еще от наших офицеров «на военке» позаимствовал: «Война войной, а обед по расписанию!».
«Для приветствия Гимна Советского Союза прошу всех встать!» – этими словами председатель Леонид Геннадьевич Костин закрыл пятую, октябрьскую сессию возглавляемого им Камского областного Совета народных депутатов.