1830 год выдался для страны нелегким. Восстание быстро охватило всю Польшу, «утвердилась безрассудная и бедственная для всего края революция», – писал Бенкендорф. Мало того, восстание распространилось и на соседние губернии. На Волыни, в Подолии, в Белоруссии и на территории бывшего Великого княжества Литовского разворачивалась партизанская война. В ней приняли участие даже католические монахи, а некоторые монастыри стали опорными пунктами восставших.
Но были и плюсы для России: поляки открыто заявили, что Балтийское море на севере, Черное море и Карпаты на юге должны стать будущими границами воскресшей Польши. Это не могло понравиться ни Австрии, ни Пруссии, которые занимали указанные территории. А потому на международную поддержку повстанцы рассчитывать не могли. Безучастно отнеслись к восстанию и Англия с Францией.
К тому же единства среди мятежников не было. Сыграв на классовой розни, русскому правительству постепенно удалось справиться с партизанами. Император объявил, что крестьяне, добровольно сложившие оружие, будут прощены, а вот восставшие шляхтичи предстанут перед судом, а их имения будут конфискованы. Поэтому многие крестьяне, убедившись, что восстание им ничего не дает, покидали отряды.
Не было единства и в самой Варшаве. Поляки плохо представляли, что им делать. То они формировали Временное правительство…, то генерал Иосиф Хлопицкий провозглашал себя диктатором. Сейм то отнимал у него диктатуру, то возвращал ее, то снова отнимал… В Петербург были посланы делегаты для переговоров, однако никакого соглашения достигнуто не было: Николай проявил жесткость и не обещал повстанцам ничего, кроме амнистии. Он отправил повстанцам письмо, заканчивавшееся словами: «Первый пушечный выстрел, сделанный поляками, убьет Польшу».
В ответ Сейм принял акт о низложении Николая Павловича и о запрете представителям династии Романовых когда-либо занимать польский престол. В это время в Лондоне находился польский посланник. Он усердно пытался склонить Лондон на сторону Варшавы, но, когда британский премьер-министр узнал о низложении Николая I с польского престола, он прямо заявил поляку, что его миссия окончена.
Иосиф Хлопицкий, узнав, что ни одна из европейских стран Польшу не поддержит, понял, что и восстание обречено. Он настаивал на компромиссе с Николаем, а так как Сейм к нему не прислушался, то он сложил полномочия. Ему на смену пришел Михаил Гедеон Радзивилл, делавший ставку на вооруженное противостояние с Петербургом.
Так как восстание стало для Николая I неожиданностью и ему на переброску войск требовалось время, то и поляки получили возможность набрать армию. Это заняло 3–4 месяца, и боевые действия начались лишь в феврале. К этому времени польская армия насчитывала уже около сотни орудий и 80 тысяч человек. Это почти равнялось выставленной против Польши русской армии. Однако профессиональных военных у поляков было меньшинство – менее 30 тысяч. Остальные были необученными новобранцами.
Численность русских войск, которые император мог использовать для подавления восстания, составляла от 80 до 125 тысяч человек. Командовал ими граф Дибич-Забалканский.
Дибич привык действовать решительно, но неосторожно. Он рассчитывал подавить восстание с наскока и забыл про весеннюю распутицу. Раскисшие от дождей и тающих снегов дороги помешали продвижению его войск в глубь Польши.
В середине февраля произошло сражение при Сточеке, окончившееся победой поляков. Но уже во второй половине февраля состоялось кровопролитное сражение при Грохове, в котором обе стороны понесли большие потери. Поляки были вынуждены отступить к Варшаве, и с этого момента под городом начались регулярные бои.
Радзивилл был смещен, а новым главнокомандующим польской армией стал генерал Скржинецкий.
Но и у русских возникли большие проблемы: в армии начала распространяться холера. Все это мешало генералу Дибичу покончить с восстанием. Ну а Николай I, раздраженный тем, что поляки никак не сдаются, послал к Дибичу графа Орлова с предложением подать в отставку. «Я сделаю это завтра», – заявил Дибич. На следующий день он заболел холерой и вскоре умер.
В конце июня в Польшу прибыл новый главнокомандующий – граф Паскевич. Он сумел переправиться через Вислу. Перед лицом неизбежного поражения генерал Ян Скржинецкий подал в отставку, и Варшава осталась вовсе без власти. В городе начались волнения и погромы. Толпа ворвалась в здание тюрьмы и убивала арестантов, включая стариков и женщин, многие из которых были виноваты лишь тем, что они были русскими.
Генерал Ян Круковецкий объявил себя комендантом города и с помощью войск рассеял озверевшую толпу. Четверо зачинщиков были повешены.
Круковецкий, видя опасность положения, вступил в переговоры с Паскевичем, но договориться им не удалось. Паскевич предпринял решительный штурм Варшавы, во время которого сам был ранен в руку. Круковецкий подписал капитуляцию[50].
