– Интересно узнать, может ли современный человек, который верит в конкретного бога, вызвать его из забытья? – спросил он, а потом добавил, будто оправдываясь перед подчиненными: – Как видите, я стремлюсь разобраться в его предположениях, которые, разумеется, как и вы, считаю еретическими и опасными.
Фруллифер вздрогнул. Если Синтия узнает, что он все еще девственник, станет ли она относиться к нему мягче? Вряд ли, скорей всего сочтет его совсем никчемным.
– Да, это возможно. Нужно, чтобы в пситронах верующего, перемещающихся через воображаемое, не только содержалась информация о координатах обратного пути, но и – самое важное – волевая функция этого человека должна быть достаточно сильной, чтобы возбуждать пситроны, которые уже находятся в другом месте. Проще говоря, пситроны должны быть заряжены волей медиума, необходимой для возвращения космического корабля назад после завершения необходимых исследований за пределами воображаемого.
Мэллори кивнул.
– Мне кажется, я понял. Это, должно быть, очень сложно.
– Да, действительно, только исключительно одаренные медиумы способны возбуждать психику большого количества человек, как в свое время удавалось инженеру Дарвелу. Но даже тогда результат будет непредсказуемым, так как
Последняя фраза тяжелым грузом повисла в воздухе, и по трибунам пробежал ропот. Однако Мэллори, казалось, не обратил на это внимания: он наклонился вперед и спокойно спросил:
– Вы могли бы объяснить свою идею понятнее?
Фруллифер подумал о том, как был бы счастлив, если бы женщины испытывали к нему сексуальное влечение. Почему же Синтию это оскорбляет? Почему почти все его знакомые девушки реагируют так же?.. Но нужно было что-то ответить этому доброму толстому пастору.
– Даже секундного прерывания потока пситронов будет достаточно, чтобы лишить симулякры материальной формы. И еще более короткая пауза станет критичной для продуктов человеческой фантазии – божеств, странные формы жизни которых существуют в отдаленных пространствах и другом времени. Как только культ перестанет отправляться, их материальная оболочка начнет распадаться на агломерации простой материи, а потом полностью исчезнет. Скорее всего, Зевс, Ваал, Митра, Кетцалькоатль и многие другие великолепные божества умерли именно так, в одиночестве, в ужасной тишине, где больше не слышались голоса верующих. И эта тишина постепенно разрушала их плоть, считавшуюся бессмертной.
Смущение слушателей было ощутимым. На этот раз даже Мэллори не нашелся что сказать в поддержку оратора. Вместо этого он переглянулся с Хопкинсом, который помолчал немного, подыскивая нужные слова, а потом поднялся на ноги.
– Доктор Фруллифер, некоторые произнесенные вами утверждения звучат оскорбительно для ушей христианина. Однако мы, конечно, не будем отказываться от диалектики. Просим вас провести практическую демонстрацию для подтверждения ваших идей. Вы готовы?
Фруллифер, вырванный из мира собственных навязчивых идей резким голосом адвоката, ответил:
– Но я не медиум. Конечно, если бы разум всех присутствующих стал восприимчив к моим пситронам…
– Он будет восприимчив настолько, насколько вам нужно, не сомневайтесь. Вы сможете что-либо материализовать?
Фруллифер вдруг подумал – если люди губернатора готовы столько времени обсуждать его идеи, противоречащие их убеждениям, то они питают к его теории поистине нездоровый интерес. Они собираются использовать ее в военных целях? Некоторые газеты утверждали, что южные штаты хотят отделиться и готовятся к гражданской войне, а Мэллори имеет связи с подозрительной организацией под названием RACHE. Но ему-то какое до всего этого дело?
– Я могу попробовать. Если мне удастся подобрать действительно сильный образ, а присутствующие постараются сделать свой мозг восприимчивым, очистят его от посторонних мыслей, то материализация будет возможна.
Хопкинс энергично закивал головой.
– Тогда прошу вас. Начинайте, – сказал он и откинулся на спинку кресла.
Вслед за ним остальные сделали то же самое и крепко вцепились в подлокотники, как будто раньше уже проводили симуляцию эксперимента. Озадаченный Фруллифер несколько секунд смотрел в направленные на него пустые глаза зрителей, в том числе Мэллори. Что ж, пора начинать. Он должен придумать какой-нибудь мощный и точный образ, чтобы передать его остальным…
