Два неприкаянных «холостяка» – Порфирий и Алексей – вдвоем пошли приводить в порядок «Глорию». Себастьян и Веденея, проверив целостность и прочность всевозможных лямок, креплений, клапанов и ремней на нашем снаряжении, отправились в том же направлении вслед за ними. А мы с Этьеном, переглянувшись, тихонечко просочились в спальню. Свечи, лепестки, запах ароматных масел…
Весь минувший день мой избранник был особенно внимателен ко мне и заботлив: казалось, он боялся, будто видит меня в последний раз. Но почему? Это довольно странно… Просто не могу вообразить, что же такого ужасного с ним может случиться? Погружаясь в облачное марево мыслей, я ясно различаю его облик в обозримом будущем – вот Этьен стоит у стола, нахмурившись, в черной футболке с ярким принтом, и держит в руках странный инструмент, шнур от которого тянется к розетке. Правда, это вовсе не гитара, а… да какая, на фиг, разница, что это!..
Наверное, Веденея права: во мне сокрыт потенциал к разного рода видениям.
****
Утром двадцать четвертого марта все в отряде были настолько напряжены и сосредоточены, что почти не разговаривали друг с другом. Завтракали молча, давясь яичницей, фасолью и почками, которые, хотя и были прекрасно приготовлены, но совершенно не лезли в глотки. В другое время мы, непременно, оценили бы мамину стряпню. Миролада Мстиславна все прекрасно понимала, глядя на наши сосредоточенные лица, и потому не приставала с расспросами.
К одиннадцати часам «боевая эскадрилья» была в сборе. Три черные «Мантикоры» выстроились в шеренгу перед эллингом. Первый орнитоптер поведут Лучезар с Яснооком, взяв с собой на борт князя Кудеяра и Многорада Многорадовича. На второй «Мантикоре» полетят Садко и Пересвет, а в качестве пассажиров с ними отправятся Марсик с Ростяной. Третью «Мантикору» возглавит Добрыня, вторым пилотом стану я, пассажирами – Наташа и Тим…
– А где еще две «Мантикоры»? Я же видела: их было пять! – неожиданно спохватилась Ростяна. И потом, куда делись Себастьян, Алексей и Порфирий?
Тут-то и я сообразила, что наш состав, оказывается, неполный.
– Они воспользуются не «Мантикорой», – отозвался Этьен, – для маскировки на случай обнаружения все втроем полетят на модернизированном СУ-31, трехместном, с убирающимися шасси и управляемой тягой. В случае чего, сойдут за спортсменов-любителей.
– Постой, а как же Цветана Руса, Веденея и Буривой? – спросила Наташа.
– Мы отправимся своим ходом, – ответила за всех прорицательница, скромно улыбнувшись, – мы решили это поздно вечером, и потому не успели оповестить остальных членов отряда.
– Да и мне, собственно, тоже кое-какие нюансы стали известны только сегодня утром, – виновато признался Этьен.
– Надеюсь, профессиональные пилоты прекрасно выполнят поставленную перед ними задачу и без поддержки Архангелов. Вы ведь верите в свои силы, не так ли? – Буривой вопросительно поглядел на княжичей и братьев Перловых.
– Мы справимся, – хором ответили все четверо.
– Координаты Кататумбо и Маракайбо вызубрили наизусть! – завершил разговор князь Кудеяр.
****
«Мантикора» неслась над облаками, со свистом рассекая воздух – и, казалось, я венами на висках чувствовала скачки давления под крыльями, делающими взмахи то вниз, то вверх: падение, нарастание, снова падение, опять очередной взлет… Вслед за орнитоптером мы со спутниками, под стать птицам, проваливались в сумеречное царство Небулы и тотчас выныривали из ваты на божий свет, под ясную синеву небесного купола. С непривычки поначалу у меня замирало сердце и закладывало уши. Но я быстро перестроила дыхательный ритм и вскоре стала получать удовольствие от «аттракциона». Для меня это был сущий пустяк: все-таки я с детства ходила заниматься в центрифугу и была натренирована настолько, что абсолютно не чувствовала перегрузок. Между тем показания авиагоризонта прыгали от «минус тридцати» до прямо противоположного значения, а на схеме «вид сбоку» наша траектория полета представляла собой идеальную синусоиду.
– Послушай, Добрыня, – неожиданно осенило меня, – получается, мы занимаем пространство в целых два воздушных коридора! А что подумают диспетчеры, когда засекут «Мантикоры» своими РЛС? Ведь у нас даже в самых дорогих любительских авиаклубах нет пока еще столь навороченной техники. Как мы им объясним, почему наши трассы получаются волнистыми? Это вызовет лишний ряд вопросов!
– Не засекут, – безмятежно ответил Добрыня, – кишка у них тонка для этого. Разве Себастьяна с Алексеем хоть раз засекли, когда те своих пташек выгуливали? А все, потому что «Мантикоры» снабжены встроенными антирадарами, на порядок мощнее тех, что установлены на «Глории».
– На «Глории» антирадар?! А мне Этьен ничего не говорил, – сказала я, нахмурившись. Хотя он произносил это слово… на Камчатке, кажется…
