Они были со своими подопечными всюду — в тюремной камере, в парке, в кино, в постели, в ванной комнате и туалете, в такси, в лесу, в море. Таким образом было предотвращено достаточное большое количество преступлений на стадии организации; многие преступники возвращены в «привычную среду обитания» — на тюремные нары. Система работала, причем КПД её был достаточно высоким — однако люди, создавшие её, понимали, что самым слабым звеном, как всегда, является человек. Контролер. Поэтому с теми, кто вел слежение за своими подопечными, проводили многочисленные занятия по психологии, тренинги по поведению в сложных ситуациях, развивали время реакции, заставляли изучать оружие и жаргон, походки и лица. Постепенно они становились похожими на компьютеры — каждый из них отвечал за четверых человек, наблюдая за которыми, привыкал к их манере поведения, речи, к кругу их друзей и знакомых.
Разбуди их среди ночи — и они могли ответить на любой вопрос, касающийся объектов «Спайдера». НА ЛЮБОЙ.
Вот только женщина… Она всегда непредсказуема. И вряд ли большие дяденьки из Управления могли делать скидку на такие вещи, как косметика, флирт и легкомыслие. Женщина — всегда женщина. Даже если смотрит на мир глазами киллера.
И поэтому «Элис» не стала «выключать» Проскурина. Был другой выход.
«Номер два», еще не отойдя от внезапности случившегося, медленно натягивал резиновые перчатки. Ему предстояло до приезда опергруппы найти в той каше, в которую превратилась голова снайпера, все, что могло напомнить патологоанатому нечто неодушевленное.
— Почему? — глядя с омерзением на кровавый кисель, спрашивал себя «номер второй». — Нас ведь учили, что их «выключают»… Твою мать…
И он запустил руку в латексной перчатке туда, где приблизительно могли находиться глаза. Через несколько секунд его вырвало.
Командир, привалившись спиной к противоположной стене коридора, с перекошенным от боли лицом смотрел, как его подчиненный ищет «Спайдера». Точнее, то, что от него осталось. Секретность — превыше всего. И поэтому нельзя было вызвать «Скорую».
Когда «номер второй» нащупал в правой глазнице что–то, напоминающее металлического паучка размером с полсантиметра, командир был уже мертв. Боец оглянулся на него, словно ожидая от мертвеца каких–то распоряжений — их не последовало. Тогда он вытащил пистолет и прострелил и без того размочаленную голову Проскурина — как было сказано в Инструкции, выученной посильнее таблицы умножения. А потом, зажав в кулаке остатки «Спайдера», приказал выносить тело.
Когда стало ясно, что Проскурина надо убирать, «Элис» испугалась. Испугалась так, как никогда в жизни. Так уж получилось, что за свои три года в Конторе она не получила ни одного замечания — несмотря на свое любимое занятие (она обожала накладывать макияж именно здесь, за мониторами — у каждого свои недостатки). А тут сразу полный провал!
Когда она успела проворонить снайпера?! Стиснув зубы, она в панике искала выход. И тут её взгляд упал на соседний монитор.
На объект «А-118».
На Виктора Мещерякова.
И мир глазами хакера оказался ничуть не хуже.
Виктор незаметно задремал. «Поза кучера» оказалась чертовски удобной — когда–то давно, еще в институте, он занимался аутогенной тренировкой, стараясь с её помощью максимально расслабляться и впихивать в свою память как можно больше информации. С тех пор по старой привычке умудрялся засыпать сидя, свесив руки на бедрах, даже в самых непредсказуемых ситуациях.
Вот и сейчас — слишком велико оказалось напряжение. Слишком. Мещеряков не выдержал, машинально принял вбитую годами позу (он даже в зоне, после своего знаменитого одновременного взлома нескольких серверов Центра Управления Полетами, не забывал об этом увлечении молодости, обучив ему несколько своих близких товарищей, помогавших выживать в нечеловеческих условиях). Сон пришел практически сразу.
Легкое головокружение, покачивание из стороны в сторону (алкоголь давал еще о себе знать). Дыхание стало редким, глубоким. Виктор спал, и каждая клеточка его тела отдыхала, приученная к подобной релаксации. И только глаза — слегка раскрытые, все–таки оставшиеся внимательными, несмотря ни на что — смотрели в экран. Неподвижно и немного устало.
Компьютер застыл на столе в ожидании. Время, казалось, замерло.
Где–то далеко отсюда Проскурин застрелил офицера и с грохотом швырнул на пол книжный шкаф.
В далеком–далеком городе N человек, получивший входящий от Проскурина, пытался связаться со своим осведомителем в «Объединенном сибирском банке», чтобы проверить полученную информацию. Похожая на проскуринскую коробочка со светодиодом и кнопкой лежала перед ним на столе. Человек нервно постукивал «Паркером» по полированной поверхности стола, даже не предполагая, что все уже решено. Не им. И не снайпером. И не объектом с таинственным наименованием А-118.
Нашелся еще один человек, способный повлиять на эту игру.
И этот человек, тряхнув золотистым локоном, пододвинул к себе клавиатуру поближе, включив на мониторе Мещерякова увеличение.
