Он почему–то сразу сказал о боли — не было ни малейших сомнений, что человек, говорящий сейчас с Маратом, способен на многое. Самое главное — чтобы с ней ничего не случилось. Перед глазами внезапно промелькнула картина того, как она выходила из «Фольксвагена» на стоянке перед клубом.
— С ней ничего не случилось, — металла в голосе на мгновенье стало поменьше. — И думаю, что в ближайшее время не случится. Хотя… Всякое бывает. Поэтому. Слушай. Меня. Внимательно. Марат.
И вот тут, когда парень понял, что собеседник знает его, все встало на свои места.
— Гребень… — выдохнул он в трубку.
— Да, — ответил тот. — Ты поразительно догадлив, Марат. Нам есть, о чем с тобой поговорить…
— Где Стелла? Я могу услышать её?
— Ты можешь даже увидеть её… Через несколько часов в новостях. «Молодая студентка университета скончалась от передозировки галлюциногена…»
— Не–ет! — заорал Марат. — Сволочь! Убью тебя, гад! Убью!
В одно мгновенье начал рассыпаться тот карточный домик, который был выстроен буквально полчаса назад при входе в клуб. Марат едва не раздавил сотовый телефон от злобы и бессилия и вдруг услышал:
— Шутка. Это просто прогноз… — лениво сказал Гребень с явным сожалением. — Но, сам понимаешь, все может случиться.
— Говори, — коротко произнес Марат. — Когда и куда…
— Ты где? — в ответ спросил Гребень.
— В клубе, — ответил парень. — Зашел в какую–то подсобку под лестницей на первом этаже.
— Ага, — быстро сориентировался Гребень. — Сейчас выходишь оттуда и поднимаешься на третий этаж. Вторая дверь налево по коридору. Охрана пропустит. Поторопись. Тебе есть ради чего прибавить шагу.
Связь закончилась. Марат убрал телефон в карман и обхватил лицо руками. Попался… Достаточно глупо, но вполне закономерно. Когда он шел на то, что сделал два месяца назад, он представлял себе последствия — все, от самого благоприятного варианта до самого жестокого. Он знал, что в мире, полном насилия и ненависти, ничего хорошего ждать не приходится; он надеялся только на себя.
Просто тогда в его жизни еще не было Стеллы.
Они познакомились через неделю после того, как все уже было сделано. Познакомились как нельзя кстати — девушка просто упала на него с неба; подарки подобного рода судьба делает крайне редко. Познакомившись совершенно случайно на какой–то вечеринке, он покорил её своей посвященностью в хакерский мир. Длинноногая богиня с внешностью фотомодели была покорена загадочным хакером, знающим глубины виртуальности не понаслышке — и в ответ сразила его наповал сама. Они очень быстро сблизились; Марат и часа не мог прожить без Стеллы, они постоянно обменивались SMS–ками, если не могли увидеться.
Конечно же, Гребень не был дураком. Конечно же, он думал над тем, кто сделал с ним то, что сделал. Само собой, Марат попадал в число подозреваемых и занимал там самые высокие места. Как он догадался?
С этими мыслями Марат вышел из каморки под лестницей и стал подниматься наверх. Как и обещал Гребень, проход был везде свободным.
Конечно же, Гребень взял у нее из сумочки телефон. Сказать, что он выхватил его — значит, согрешить против истины. Стелла не играла в радистку Кэт и не стремилась спасти жизнь своего любимого Марата — она просто не успела ничего предпринять и испуганно протянула трубу сама, словно понимая, что мужчинам необходимо переговорить.
Когда Гребень разговаривал, то не сводил с нее глаз — будто каждое слово предназначалось только ей, и никому другому. Она видела выражение его глаз, чувствовала движения губ — и понимала, что этот человек стал хозяином положения. Что служило этому причиной, оставалось для нее загадкой; но она боялась. Боялась так сильно, как никогда раньше — мужчина, приказывающий сейчас Марату, оказался настолько властным и жестоким, что сердце замирало в груди на несколько секунд, чтобы вновь застучать, на этот раз на очень высоких оборотах.
— …Тебе есть ради чего прибавить шагу, — закончил мужчина разговор. После чего на мгновенье отвернулся и вновь посмотрел на Стеллу. И будто бы не было этого телефонного звонка, будто бы не прерывался разговор. Снова — теплые глаза, уверенный взгляд, готовность к продолжению рассуждений.
— Что значит — «Студентка погибла от передозировки галлюциногена»? — найдя в себе силы, спросила Стелла дрожащим голосом.
— Я думаю, в вашем положении имеет смысл понимать все буквально, — улыбнулся собеседник. — Каждое слово в этой фразе значит то, что вы слышите и можете себе представить. В той комнате есть только одна студентка — это вы, Стелла. Студентка четвертого курса института международных отношений, во всех отношениях удачливая девушка. Во всех, кроме одного.
Он опустил глаза в пол, словно примериваясь к тем словам, что хотел сказать дальше. Девушка напряглась.
