— Вы очень… Очень неудачно выбрали себе бой–фрэнда, — он с явной неприязнью произнес этот модный нынче американизм. — Я даже не могу выразить словами всей полноты промаха, милая девушка. Поймите, ваш любезный Марат занимается такими вещами, что если, неровен час, придется с ним разговаривать на очень и очень серьезном уровне, то вам не поздоровится тоже — знаете, паны дерутся, а у холопов чубы трещат…
— Я вас… Я вас не понимаю, — напряглась Стелла, полностью потеряв нить разговора. — Вы же сами говорили — все люди разные, каждый — индивидуальность, кому какое дело, кто чем занимается?
Глаза напротив странно и страшно сверкнули.
— Все — разные. Согласен. А хотите — я подарю вам целый мир? Хотите?
— Что вы имеет в виду? — Стелла ждала от собеседника не просто какого–то подвоха — скорее, чего–то ужасного.
— ХОТИТЕ БЫТЬ ВСЕМИ СРАЗУ? — спросил он. — Хотите прочувствовать тысячи, миллионы ощущений одновременно, мыслить и рассуждать, как вселенский разум, освободив свой разум для новых впечатлений и наслаждений?
— Что? — подняла брови Стелла. — Для чего?
Мужчина засунул руку в нагрудный карман и вытащил что–то маленькое, белое, ярко сверкающее в свете огромной люстры. Таблетку.
— Попробуйте. Я уверен, вам понравится.
И он протянул белый кружочек Стелле.
— Я не хочу, — отстранилась она на диване настолько, насколько позволяла спинка. — Мне… Это мне не нужно.
Она еще не знала, при чем здесь Марат — но ей здесь уже очень и очень не нравилось. Страх возобладал над всеми остальными эмоциями. Впившись взглядом в таблетку на вытянутой руке, она видела в ней сейчас все самое страшное, что только можно представить в жизни. Не выкурив ни разу ни одной сигареты и не попробовав ничего крепче красного вина, она твердо знала — если захочешь закончить жизнь как можно быстрее, сядь на иглу. Ну или — в крайнем случае — проглоти пилюлю.
Рука с таблеткой не приближалась. Но и не отдалялась. Пауза затягивалась.
— Поймите, Стелла, — внезапно сказал мужчина, от чего девушка вздрогнула — Сейчас от вас мало что зависит…
— Не понимаю… Не хочу понимать! — повысила она голос. — Только попробуйте приблизиться ко мне — я подниму такой крик!..
Мужчина встал со своего кресла, зажав таблетку в кулаке, сделал несколько шагов из стороны в сторону, потом резко обернулся и сказал — как отрезал:
— Если этот мальчишка не появится здесь через минуту — вы проглотите её. Я вам помогу.
Стелла поверила. И с тайной надеждой взглянула на дверь, не особо заботясь о том, что ждет Марата при встрече с её собеседником в этой комнате.
Мужчина подошел к выходу из комнаты, остановился в паре шагов от двери и поднял глаза на часы, которые висели над ней. Секундная стрелка с приятным щелканьем передвигалась по кругу, отсчитывая время, которое осталось у Стеллы. Она поняла, что его особенно не волнует, что же случится через минуту — то ли войдет Марат, то ли он впихнет ей в глотку сверкающую таблетку. Оба этих события были для него равноценны.
— Ждать и догонять — хуже не придумаешь, — сказал он будто бы сам себе. — Мысль, проверенная годами.
Когда стрелка завершила полный оборот, он повернулся к Стелле и встретился с ней глазами.
— Ну что же, — скривил он рот в невеселой усмешке. — Попытка, судя по всему, не удалась. Он пожалеет об этом. Ну, а сейчас ваша очередь поиграть в мои игры.
Ладонь с таблеткой раскрылась вновь. Он шагнул к Стелле. Она коротко вскрикнула, поджав под себя ноги, не пытаясь вскочить с дивана — страх спутал все её мысли.
В этот момент дверь распахнулась.
На пороге стоял Марат в сопровождении широкоплечего охранника с изящной гарнитурой на виске.
Мужчина обернулся на шум, посмотрел на Марата, потом кивнул охраннику и виновато развел руками, словно извиняясь перед всеми присутствующими.
И когда рукоятка пистолета обрушилась на затылок Марата, Стелла поняла, за что он извинился.
Он задремал на несколько минут. Все получилось как–то само собой — немного отъехал в кресле от стола, вытянул ноги, сел поглубже, втянув голову в плечи… И проснулся через некоторое время с чувством того, что сейчас должно случиться нечто очень и очень неприятное. Сердце колотилось в груди, как перепуганная птица в клетке; от сна осталось только воспоминание о том, что ничего хорошего там в ближайшие пять минут ждать не приходилось.
Короче, слава богу, что проснулся. Он вытянул перед собой руки, размял пальцы, повращал головой из стороны в стороны, с наслаждением отмечая приятный хруст где–то у основания шеи. Пессимистические видения отступили, давая дорогу спокойствию и размеренному ритму.
Он подтолкнул кресло ногами к столу. И понял, что что–то не так.
Тот же конвейер. Та же тонкая струйка порошка. Те же таблетки.
И почему–то всплыло в памяти слово «backdoor».
Что–то родом из Интернета — какая–то хакерская приблуда, «черный ход»…
— Какого черта? — спросил он сам у себя. — Уж в этом я ни черта не смыслю. Проверим–ка лучше составляющие, пора бы уже курьеру подкинуть в топку дровишек…
