— Компьютер – это, прежде всего, орудие, а не оружие. Представьте себе ситуацию – вы влезаете в банковский счет некоего человека и обнуляете его в свою пользу. Тот, кого ограбили, пускает себе пулю в лоб, потому что деньги на счете принадлежали не ему, а фирме, и вернуть сотни тысяч долларов не представляется возможным. Спрашивается – кто помог ему поднести к голове пистолет?
— Это демагогия, — откинулся на спинку кресла Роман. – В любом случае – застрелится он сам.
— То есть – если бы эти деньги украли вы, то вины за собой вы бы не чувствовали?
Роман замолчал на время, осмысливая услышанное. Потом вспомнил про кофе, отхлебнул, скривился от того что, остыв, кофе не стал лучше. Чашка была отодвинута до пределов досягаемости; складывалось ощущение, что гость пытается поймать его на каком–то парадоксе.
— Знаете, что я думаю? – попытался он ответить. – Я зайду с другой стороны. Как вы считаете, могу ли я в принципе что–то знать о тех людях, чьи компьютеры взламываю? В ста процентах случаев – не побоюсь этой цифры – в ста! – я имею дело с цифрами, адресами, протоколами – но никак не с живыми людьми. По ту сторону сети никого нет – кроме данных, денег, паролей. Короче, информации в любом ее выражении – если деньги тоже считать информацией.
— А я не спорю с вами, — гость улыбнулся и развел руками. – Дело в том, что я не имею дела с Интернетом – в том смысле в каком это олицетворяете вы. Не буду делать из себя идиота и говорить, что понятия не имею, с какой стороны подходить к компьютеру и как отправить письмо по электронной почте – все это я умею, понимаю и не отталкиваю от себя. Это – часть современной жизни. Вы принадлежите к этой части намного более продвинуто, чем остальные подобные вам. И самая главная болезнь – вас и ваших коллег – отстраненность от жизни. От живых людей. Техногенная обстановка, киберпанк – вы общаетесь с электроникой, делая ее живее, чем она может быть. Стоит ли?
Роман слушал его, как школьник. Ощущение лекционной подачи материала не покидало его на протяжении всего разговора. Иногда ему казалось, что он находится на экзамене по теории информатики – уж очень проникновенно общался с ним этот странный собеседник.
— Наверное, стоит… — решил было ответить Роман, но гость не дал ему договорить.
— И на этот вопрос мне не нужен ответ. Жизнь органическая или неорганическая, углеродная или силиконовая – какая, к черту, разница?!
Роман уже потерял нить разговора. Что же было нужно этому таинственному незнакомцу?
— Я искал лучшего – и я его нашел, — продолжал тот тем временем. – Мне нужен был человек, на сто процентов отдаленный от жизни в обыденном смысле этого слова – я нашел и его. И это оказался один и тот же человек. Удача, подобная этой, бывает раз в тысячу лет. Я рад, что эта тысяча лет закончилась именно сегодня. Вы должны будете согласиться на мое предложение…
— Почему? Почему вы так решили? – Роман спросил и понял, что в горле у него основательно пересохло. Он одним махом допил противный холодный кофе, откашлялся и приготовился выслушать ответ.
— Потому что завтра начнется уже другая… Другая тысяча лет…
Незнакомец произнес это замогильным тоном, подняв глаза к потолку. И когда у Романа похолодело внутри от всякого рода мистических догадок, он вдруг расхохотался и хлопнул хакера по коленке.
— Ну как, достал я вас? – смеялся он. – «Тысяча лет!..» Ух, каков из меня актеришка?! Не думайте чего, это я так. Просто кажется, что с вами мне исключительно повезло. Ну, так как, поговорим о деле?
Роман молча кивнул и подумал, что такого придурка в его жизни еще не было. Вслух он этого, естественно, не сказал.
— Тогда так. Раз вы поняли, что я имел в виду, приводя пример с пистолетом и банковским счетом… А вы ведь поняли?
Роман снова кивнул – произнести вслух ему было нечего.
— Так вот. Вам надо будет выполнить работу – и тогда человек, которого эта работа коснется, всерьез задумается о том, стоит ли ему жить… Жить дальше.
— Что же это за работа? – наклонился вперед Роман. Он вдруг заметил, что говорить они оба стали тише – будто сговорились не шуметь, раз речь идет о чьей–то смерти.
— Работа? Да ничего особенного. Что вам известно о магнитно–ядерном резонансе?
— О чем? – поднял брови Роман. – Каком таком резонансе? Что–то, связанное с ядерными исследованиями?
— Да уж поверьте мне на слово – нет. Ничего общего с атомной бомбой. Скажем больше – это вообще не имеет отношения к оружию. Это – напрямую связано с медициной. С ее техногенным настоящим. Магнитно–ядерный резонанс – это практически то же самое, что и компьютерная томография. Не могу сказать, что лучше, но это и не главное. Есть аппарат для диагностики; достаточно мощная машина, управляемая как минимум двумя компьютерами. Один следит за функционированием системы как сложного механизма; второй обрабатывает входящую программу и выходящие данные. Они связаны в сеть – естественно, не правда ли?
Роман, едва услышав слова «компьютер» и «сеть», сразу весь подобрался, стал вслушиваться в каждый звук, не замечая, что тихо постукивает зубами – не от страха, а от возбуждения.
