— Охотно верю, — человек сделал шаг вперед, приблизившись на расстояние двух метров. Он производил впечатление интеллигента, совершенно случайно оказавшегося здесь, в некоем подобии пыточной. Его отличие от стоящего рядом «Водолея» было непросто разительным — казалось, они родом с разных планет. В говорящем человеке было достаточно шарма для того, чтобы обедать в дорогих ресторанах, вести богемную жизнь и разъезжать на «Мерседесе» — «Водолей», напротив, производил впечатление тупого исполнителя, горы мышц, к которой приделали две ноги в виде плохо гнущихся столбов.

Но наибольшую разницу производили глаза. Живые, хитрые у главного — и неподвижные, холодные у того, кто явно был рожден для исполнения пыток и наказаний. Одни глаза притягивали — другие пугали и заставляли отводить взгляд.

Подумав, он решил смотреть в первые. Нельзя сказать, что выбор был сделан неправильно — но из двух зол…

— Все дело в том, что мы с вами находимся в очень неравных условиях, — неожиданно сказал обладатель хитрых глаз. — И даже не потому, что вы связаны и сидите на стуле, утирая кровь с лица, а я нависаю над вами, весь такой благополучный, пахнущий дорогим одеколоном…

— И почему же?

— Потому что та цель, что стоит передо мной, должна быть выполнена — в отличие от вас, перед кем никаких целей пока не поставлено. Я должен получить ответ на вопрос. И, поверьте, я получу его — что бы мне это не стоило. Я воспользуюсь для этого всеми доступными мне средствами — законными и противозаконными, человечными и бесчеловечными. И вы не сможете мне помешать. Вам просто некуда отсюда деться.

— Еще бы… Связан, избит… Головорезы передо мной, головорезы вокруг меня… Да еще и…

— Неужели вы узнали? — человек улыбнулся. — Да, действительно, здесь ваша жена. Надо же, насколько тонко вы ее чувствуете! Вы уж нас извините — но нам пришлось взять ее с собой. Для гарантии.

— Какой? Решили, что увидев ее здесь, я стану сговорчивее? — усмешка вышла, прямо сказать, не очень.

— А вы не согласны с этим утверждением? — человек приблизился вплотную, наклонился и сказал чуть ли не в упор. — Ну, на этот счет мы подстраховались дважды. Но об этом чуть позже. А сейчас я хотел бы начать, простите за тавтологию, с начала. Разрешите представиться, — он выпрямился, вернулся на свое прежнее место, усевшись на стол, — начальник несуществующего отдела дознания Корнеев Николай Петрович. Только не начинайте сейчас рассуждать понятиями из детективов — мол, если он назвал мне свое настоящее имя, то я отсюда точно никогда не выйду живым, я теперь слишком много знаю, меня точно убьют… Будете нам помогать — останетесь в живых, гарантирую. Резона в вашей смерти нет никакого. Напротив — будучи живым, мы можете принести очень и очень много пользы. Даже больше, чем принесли до этого. Не считая того вреда, что случился на днях при вашем непосредственном участии.

— Николай Петрович, не говорите загадками, — в голове опять зашумело. — Чем меньше я буду напрягаться, пытаясь понять тайный смысл ваших слов, тем лучше для нас обоих. У меня, судя по симптомам, хорошее сотрясение мозга — что не добавляет бонусов ни мне, ни вам. Давайте проще — но при этом, если можно, поподробнее. Потому как я уверен, всей полноты картины в таком состоянии мне самому не постичь.

— За сотрясение — извините, конечно, но сами виноваты, — Корнеев развел руками и поудобнее устроился на столе. — Вас ведь доставить сюда оказалось очень сложной задачей…

— Я не помню.

— Ретроградная амнезия, — короткий комментарий, казалось, оправдывает все действия Корнеева. — Сопровождает примерно половину всех сотрясений мозга. В том числе, как видите, и ваше. Могу напомнить… Хотя нет, поступим не так. Есть подозрение, что вы можете не помнить не только это. Поэтому поведем себя несколько иначе. Я с самого начала не был сторонником подобного с вами обращения — только не подумайте, что из соображений гуманности, ни в коем случае. Я вообще этим качеством не отличаюсь. Скорее из соображений практичности — слишком дорого ваши мозги стоят. И слишком многое могут.

Корнеев достал из внутреннего кармана пиджака «Палм», несколько раз ткнул стилом в экран, прочитал увиденное, хмыкнул и снова посмотрел на своего собеседника.

— Благодаря вашим стараниям наша фирма получила прибыль в размере двадцати пяти с небольшим миллионов долларов в течение последних десяти месяцев. Как вам эта цифра?

— Я к ней равнодушен. Эта цифра для меня сейчас просто звук…

— Не может быть, — Корнеев усмехнулся. — Хотите проверить, как звучит то, что касается вас?

Он опять сверился с «Палмом» и сказал:

— Ваша зарплата разительно отличается от денежного обеспечения большинства людей в этой стране. Причем в лучшую сторону.

— Ну и что?

— Просто глупо — имея столько денег, сидеть на стуле с окровавленной мордой! — Корнеев внезапно изменился в лице и почти крикнул. — Какого черта вам понадобилось красть все остальное?

— Не знаю. Не помню. Не понимаю, о чем вы.

— Не знаете? Не помните? — Николай Петрович спрыгнул со стола, подбежал, снова наклонился и едва не брызгая слюной в лицо, прошипел:

Перейти на страницу:

Похожие книги