Нити ярче серебра полностью

Дыши. Сконцентрируйся. Какие у тебя варианты? Она могла сопротивляться его воле, не поддаваться его приказам, но это не принесло бы особой пользы – он лишь догадается, что Ио его раскусила. Его походка была уверенной, на лице играла довольная ухмылка: Горацио считал ее легкой добычей. Этим можно воспользоваться: позволить ему верить, что он контролирует ситуацию, а затем побежать так быстро, как только она сможет. Чары граций не безграничны: все, что ей нужно, – десяток футов между ними, и тогда она сможет соскочить с крючка.

«Играй свою роль», – повторяла себе Ио.

– Так что, вы говорите, вам известно об этих женщинах?

– То же, что и моим приятелям из полиции. Они похожи на мертвецов. Они душат своими нитями. Они появляются только в Илах. – Горацио склонился над ее кошельком, считая купюры.

– И всё? – изображая беспечность, Ио шагнула к ближайшей ловушке для рыбы. Она осторожно приподняла покрывавшую ее ткань, словно любопытствуя, что за ней прячется. Пусто – проверим следующую. Теперь она стояла к Горацио спиной, так что рискнула окинуть взглядом берег.

На Полотне пусто. Куда делся дух?

Боги. Сердце колотилось прямо в горле, отдавая в виски. Ио казалось, что она вот-вот оглохнет. Дрожащими пальцами она потянулась к одной из своих нитей и провела по ней ладонью, лаская, словно по лезвию ножа. «Ты сильная», – напомнила она себе. Так или иначе, она выберется. Еще несколько футов – и она наконец окажется вне досягаемости крючка грации, а затем побежит обратно к Докам и к Нико и отыщет духа.

– Я слышала, раньше у вас были лучшие бойцовские притоны в Аланте, – сказала Ио.

– А то, – отозвался Горацио. Она не осмелилась взглянуть на него, но услышала шелест бумаги, а потом шлепок – ее кошелек упал в грязь. – У меня были лучшие бойцы во всех городах-государствах. Я подбирал их с учетом их способностей. Только инорожденные. Они такое любят, мои клиенты из высшего класса. Хочешь знать почему?

Ио чувствовала, как чары сжимают ей грудь. Всего пара шагов – и она вырвется. Она обернулась через плечо – Горацио впился в нее взглядом, словно волк, оценивающий свою добычу; его зубы сверкали, точно клыки.

«Играй свою роль».

– И почему же? – спросила Ио.

– Потому что они играют грязно, – произнес Горацио.

– Что?

– А ты грязно играешь, детка?

И он вдруг рванулся к ней.

Таис обучала Ио с колыбели. «Она резчица, – возражала ее старшая сестра всякий раз, когда родители высказывали сомнения в ее методах. – Хотите, чтобы она случайно кого-нибудь убила, выхватив нить жизни, пока сидит в коляске? Ио должна знать, насколько она опасна, чтобы защитить саму себя». И Таис отлично научила ее, как себя защитить.

Адреналин бурлил в жилах, заглушая страх. Ио позволила Горацио повалить их обоих на землю. Это ошеломило его; по инерции и из-за скользкой грязи его тело сползло с Ио, дав ей возможность откатиться в сторону. Вытянув руку, она схватила его нить жизни. Гораций встал на одно колено – и Ио попятилась; грязь разлетелась из-под ее ног во все стороны. Она по-прежнему чувствовала, что висит на крючке, – и скоро Гораций достаточно придет в себя, чтобы вновь попытаться ее поймать.

В знак предупреждения Ио натянула его нить.

– У меня твоя нить жизни! – крикнула она. – Не двигайся и молчи.

Горацио замер. Тишину нарушали лишь звуки дыхания, никто из них не шевелился.

– Убери свой крюк, и я не перережу ее.

– Ты не резчица.

– Да неужели? Могу доказать, если хочешь.

Ио дернула нить – и Горацио споткнулся. Ио не без удовольствия отметила, что ее глаза наверняка угрожающе мерцают серебром.

– Нет, подожди… подожди! Я уберу его. Я убираю.

Сердце стучало в ушах. Ио наблюдала, как Гораций схватил пальцами что-то невидимое у себя на шее и принялся сматывать, как рыбак – леску. Она стиснула зубы от боли: выпрямляясь, ее ребра вставали на место.

Теперь преимущество на ее стороне, и ей стоит этим воспользоваться.

– Где ты был позавчера ночью? И две недели назад?

Горацио вполне мог стоять за этими убийствами: рожденный грацией способен отдать приказ убить, если находится в физической близости к очарованному им человеку. Возможно, в ночь убийства Ярла Магнуссена он был где-то поблизости.

– Я был здесь, – ответил он. – Я всегда в этих треклятых Доках: ловлю зверей, устраиваю бои и защищаю свою территорию. Отпусти мою нить – и я отпущу крючок.

– Ты знаешь Миноса Петропулоса, Ярла Магнуссена и Константина Федорова?

– Конечно, знаю. В Илах все друг друга знают.

– Двенадцать лет назад ты пытался похитить девушку по имени Эммелин Сигал и пожилую женщину по имени Дрина Савва. Зачем?

Секундное колебание, резкий вдох – вот и все доказательства, которые нужны Ио. Горацио точно известно, кто эти женщины. Он сделал паузу, все еще сжимая в кулаке леску.

– Знаешь, сколько халтурок я выполнил за свою жизнь? Сотни. Я получаю плату – и тут же забываю о деле. Теперь отпусти.