– Три купюры на эту, – сказала Ио с благоговейным страхом. Тщательно пряча бумажник, как будто там лежала довольно крупная сумма, она достала три банкноты и положила Горацио на ладонь.
– Прекрасный выбор, крошка, – одобрил Горацио. Затем он крикнул толпе: – Все ставки сделаны?
Ио и Нико, должно быть, пришли последними – толпа тут же загудела в ответ, топая по деревянному полу. Горацио кивнул мальчишке-помощнику – и клетки распахнулись. Уродливые существа в
Затаив дыхание, Ио подошла чуть ближе. Заяц напал первым: он пронесся через всю яму и ущипнул крокодила за переднюю лапу. Тот в ответ ударил его шипастым хвостом по клешне – и начисто ее срезал. Взвизгнув от боли, заяц отпрыгнул назад. Не теряя времени, крокодил нанес серию быстрых ударов хвостом, а затем швырнул истекающего кровью зайца прямо в ограждение. Тот вскарабкался на одну из досок, но там его уже поджидал помощник Горацио: длинной палкой он скинул его обратно в яму. Заяц приземлился прямо на спину крокодила – и тут же вонзился клешнями в тело противника. Тот закружился, пытаясь сбросить зверя, но каждый удар его хвоста попадал по нему самому. Тогда крокодил кинулся к заграждению и с пронзительным воем вдавил зайца в забор. Голова зайца расплющилась, ее содержимое растеклось.
Крокодил еще дважды ударил по сопернику хвостом, а затем повернулся к скорпиону. Существо так и не сдвинулось с того места, куда приземлилось, выпав из клетки. Не пошевелилось оно и в тот момент, когда на него бросился окровавленный взбешенный крокодил. Когда два зверя сцепились, толпа разразилась криками. В этом вихре Ио разглядела, как паук-скорпион взбирается на спину крокодила. Его левый хвост нанес молниеносный удар. Еще пару мгновений крокодил продолжал сражаться, пытаясь сбросить скорпиона, а затем резко рухнул на бок и перестал дышать.
Толпа взревела – Ио не понимала, от гнева или от восторга. Ее сердце бешено билось в груди. Она чувствовала запах соли, рыбы и человеческого пота. Она повернулась к Горацио, собираясь заговорить, но оказалось, что бой еще не закончился. Мальчишка по имени Адам достал металлический ящик и вытряхнул его содержимое в яму. Это был еще один паук-скорпион, но крупнее и бледнее того, на которого поставила Ио. Зрители буквально сходили с ума, толкая Ио и Нико на ограждение, торопясь сделать ставку у Горацио Лонга.
Моряк с довольной улыбкой на лице записывал суммы и принимал деньги. Это заняло несколько минут – в это время мальчик с помощью жезла удерживал двух скорпионов подальше друг от друга. По сигналу Горацио он убрал жезл – и драка возобновилась.
Ио широко раскрыла глаза.
– А где вы их находите – этих… э… бойцов?
– Ночной прилив вымывает их на улицы, – ответил Горацио, не отрываясь от боя. – Поймать их несложно – сложно держать взаперти. Вот чем меня вчера наградил заяц, когда я пытался его покормить. – Он похлопал себя по красному пятну на предплечье, а затем усмехнулся, кивая в сторону заячьей туши. – Оказалось, это того не стоило.
– Вам не страшно охотиться на них в темноте? – спросила Ио. – Я слышала, что по улицам бродят дикие кровожадные женщины с оборванными нитями жизни.
Горацио Лонг нарочито медленно осмотрел ее с головы до ног.
– Где ты об этом слышала?
– Моя тетушка велела мне не выходить на улицу ночью из-за этих женщин.
– Да ну? Вижу, ты не последовала ее совету.
– О, она не из пугливых, эта девчонка, босс, – весело бросил Нико через плечо. – Как раз наоборот. Она большая поклонница книг ужасов Мелины Чокры – так ведь, дорогуша? – Ио застенчиво кивнула. К чему это Нико клонит? – С тех пор как до нее дошли эти слухи, она стала буквально одержима. Весь день только об этих дамах и говорит: «Давай найдем хотя бы одну, Нико. Я хочу ее увидеть, Нико». Задумала написать о них книгу. Но, черт возьми, если б я только знал, где их искать! В итоге привел ее сюда, чтобы посмотрела на химерин, босс.
О, Нико был хорош. Весьма хорош. Ио закусила губу и, подыгрывая, пробормотала:
– Я не одержима, мне просто интересно. Я проделала такой долгий путь до Аланте, печально известного Затонувшего города, а все, чем я пока что здесь занималась, – посещала с тетей званые обеды и послеобеденные чаепития да знакомилась с каждым важным человеком на Холме.
– Я не с Холма, но мои бицепсы вполне это компенсируют, тебе не кажется? – Нико сделал вид, что требует поцелуя, и Ио игриво оттолкнула его.
Горацио Лонг наблюдал за ними. Он скрывал разгоравшуюся в нем жажду наживы, но Ио заметила, что он то и дело поглядывал на передний карман ее куртки, где лежал бумажник. Вдруг он наклонился прямо к ее уху и прошептал:
– Сколько? За информацию о женщинах.
В яблочко.
– Да ну? – она заставила свой голос чуть дрожать. – Сколько вы хотите?
– Сколько у тебя есть?
– Тридцать купюр, но дома у моей тети есть еще.
Он отошел и окинул ее тяжелым оценивающим взглядом.
– Идем со мной.
Нико потянулся за ними, но Горацио выставил вперед ладонь.
– Нет уж, альфонс. Подождешь ее здесь.
