Нити ярче серебра полностью

– Жертвы – это дела, которые он не смог передать суду. Духи – бывшие добровольцы его Инициативы. А еще он послал за нами начальника своей службы безопасности, – ответил Эдей. – Девять подтвердили, что наняли Горацио убить тех женщин, поскольку их творцы предвидели, что те будут опасны во время Бунтов лунного заката.

– При чем здесь Бунты?

– Этого мы пока не знаем. Как и не знаем, каким образом Сен-Ив наделяет духов их странными способностями.

Эдей поставил одну чашку кофе перед Ио, а другую передал Бьянке. В ноздри ударил благословенный аромат, но к напитку Ио не притронулась. Что-то не так – она чувствовала это в размеренной небрежности движений Эдея, в хищном тоне голоса Бьянки. Это было напряжение, из-за которого животные замирают глубоко в лесной чаще и прячутся в подлеске.

– Разве я плачу тебе за то, чтобы ты распивала кофе, резчица? – с сарказмом отчеканила Бьянка.

Ио осторожно ответила:

– Нам нужно продолжить расследование. Выследить Райну и выбить из нее признание. Сейчас наш главный подозреваемый – Сен-Ив, но, если мы хотим привлечь его к суду, понадобится что-то посерьезнее.

Пауза.

– Что-то посерьезнее, чтобы привлечь его к суду. Вот как.

Бьянка подошла к стойке и насыпала себе в кофе ложку сахара. Пока она размешивала его, постукивая по стенкам чашки ложкой, Эдей метнул взгляд на Ио. В нем читалось предупреждение. Но о чем?

– Допивай свой кофе. Потом Эдей рассчитается с тобой. – Бьянка говорила, стоя к Ио спиной, но в маленькой кухне ее голос звучал отчетливо. – Твои услуги мне больше не требуются. «Фортуна» не имеет дел с пиявками. Все, что ты накопала на Сен-Ива, останется между нами. Об остальном я позабочусь. Все понятно?

На последнем слове она повернулась и пригвоздила Ио к месту зловещим взглядом, не предвещавшим ничего хорошего.

Вот о чем ее предупреждал Эдей. Вот что за опасность почувствовала Ио. От нее ждали, что она согласится без колебаний. Возьмет деньги и оставит Сен-Ива и его копов в покое. Но Ио не может отступить – слишком уж далеко зашла. Эдей должен это понимать. Ио открыла рот, чтобы заговорить, и увидела в лице напарника страх.

– Это всё?

– Всё, – повторила Бьянка.

– Этот человек, возможно, причина смерти шестерых несчастных и тот, кто управляет новым духом, – и мы просто отпустим его? Только потому, что ты хочешь защитить свой бизнес от возмездия со стороны полиции?

– Я строила свой бизнес потом и кровью. Да, черт возьми, я не позволю какому-то кровожадному богатенькому мальчику или, – она махнула рукой на Ио, – самопровозглашенной защитнице слабых его разрушить. Как ты себе это представляешь, малышка Ора? Допустим, ты получишь доказательства того, что за убийствами стоит Сен-Ив. И что дальше? Отнесешь улики в городской совет? Или, может, ты считаешь, что сумеешь достучаться до самой Агоры в Нанзи? Что ж, у меня для тебя плохие новости: эти люди – одно целое. Они прикроют друг друга любой ценой, потому что, если один из них упадет, рухнет вся система. Кто, по-твоему, положил начало «петушиному молчанию»?

– Есть и другие способы.

– Неужели? Какие, например? Пробраться в дом комиссара ночью и покончить с этим, перерезав нить его жизни? Ты бы сделала доброе дело, но как алантийцы воспримут тот факт, что их народный герой вдруг окажется убитым рожденной мойрой? Тебя будут преследовать до конца твоих дней. А вместе с тобой и Аву, и всех остальных, кто тебе небезразличен. Или, может, ты отыщешь то, что ему дорого, и будешь шантажировать, пока он не остановится? Отличный план, не так ли? Никакого кровопролития, никаких официальных лиц. Давай. Вперед. Рискни выступить против того, кто мнит себя спасителем Аланте.

Ио уперлась ладонями в столешницу и выпрямила спину. Она подумала, что именно так, должно быть, и чувствуют себя загнанные в угол животные. Почему они атакуют, ставя на кон все, что у них есть, и в итоге погибают? Потому что не видят другого выхода. Что ж, ей уже все равно. Она будет действовать – и действовать со вкусом.

– То есть ты ничего делать не собираешься, – подытожила Ио. – Выходит, вся эта болтовня о защите Илов – просто слова?

Бьянка подошла на шаг ближе.

– Это мое королевство, резчица. А я не забываю о том, что принадлежит мне. Я найму хоть сотню человек, если потребуется. И больше не будет никаких духов, бродящих по моим улицам, никаких плавающих по волнам тел. Но против Сен-Ива я не пойду. Для этого я слишком умна. И тебе советую быть умнее.

Вся ее бравада – полнейшая чушь, жалкие оправдания. Бьянка слишком напугана, чтобы действовать. Ио знала это, потому что испытывала подобное множество раз. Когда-то это был девиз всей ее жизни: терпение, стойкость, ум. Она думала, что сможет перехитрить, переждать и опередить все трудности, что подкидывает ей жизнь. Но это? Невинных женщин используют как орудия убийства, инорожденных вырезают как скот – и в этом всем замешан комиссар полиции?

Нет, здесь не нужно ни терпения, ни ума. Нужна лишь сила, чтобы решиться и что-то сделать, невзирая на последствия.