По запросу «лес, пакет, коряга» поисковик выдал несколько лайфхаков про использование коряги в аквариуме. М-да… не то. Ту корягу уж точно ни в один аквариум не засунешь – слишком уж здоровая и растопыристая.
Может, ну эту корягу. А если вбить так: «Спрятал пакет в лесу».
Гугл думал недолго.
«Житель Тюменской области спрятал пакеты с наркотиками в зауральском лесу…
В Карелии полиция задержала наркоторговца, который возил гашиш из Санкт-Петербурга и перед продажей прятал его в лесу, но служебная собака смогла обнаружить тайник с наркотиком…
Чтобы не светиться, предприимчивый житель села Ильинка Ханкайского района устроил склад марихуаны в лесу…»
Я предполагала что-то в этом роде. В конце концов, есть же Ютуб – там роликов про закладчиков тьма тьмущая. Но только я из роликов поняла, что закладка – малюсенький пакетик, а у Лёхи был большой сверток. Так Лёха, может, не рядовой закладчик, а кто-то покрупнее? Барыга, наркоторговец, вроде того жителя из села Ильинка. Дилер. Так, что ли, это у них называется?
История хоть и не про любовницу, но тоже выход. Заявлю на него – и прости-прощай.
Я ведь то место в лесу запомнила. Хоть и испугалась до смерти, но запомнила. Правда, не сразу, а потом, когда Лёха уехал.
Как он меня не засек – чудо, не иначе. Там, в лесу, я думала, что он остановился меня убить – убить и в чаще закопать. А он из машины вышел и в дебри полез. Я из салона ползком выбралась – спешила, пока машина на сигналку не встала. Выбралась и отползла за кусты.
Потом, когда чуть успокоилась, прокралась в том направлении, куда он ушел. Издалека увидела, что Лёха на корточках перед здоровенной корягой сидит. Интересно было, конечно, что он там делает, но подползти ближе я побоялась. Затаилась за деревом и пролежала там, пока отчим не закончил таинственную возню и не отправился снова к машине. Да и когда раздался звук работающего движка, я все еще продолжала лежать на земле.
Я поднялась, когда тачка уехала и, кроме щебета птиц и скрипа деревьев, больше никаких звуков не стало. Поднялась и пошла к коряге. Подошла, присела на корточки, точь-в-точь как мой достопочтенный отчим. Ничего интересного не увидела. Палку нашла и под корягой поковырялась. Ничего не наковыряла. Листья прошлогодние разворошила и копать начала – палкой и руками. И не зря старалась – выкопала заклеенный скотчем черный пакет. Я сорвала скотч и заглянула внутрь – там свертки лежали. Много свертков с порошком.
Поглазев какое-то время на свертки, я закрыла пакет и сунула его под корягу. Даже листьями не замаскировала. Все равно видно же, что его нашли и разворошили.
Потом медленно пошла к шоссе. У кромки леса остановилась и постаралась запомнить место: напротив – поваленная береза, метрах в двухстах – столбик. Невысокий такой, белый. К нему я и направилась. Запомнила написанные на нем чем-то черным цифры – 89 и побрела вдоль шоссе.
Адреналин к тому времени, похоже, схлынул, и теперь я чувствовала слабость. Такую слабость, что хоть ложись на асфальт и помирай. Я села на корточки и сжала голову ладонями.
– Соберись, – говорила я себе. – Не раскисай.
Только все равно понятно было: встану – в обморок грохнусь.
Если честно, понятия не имею, сколько я так просидела. Минуту? Час? Мне показалось, что белая тачка возле меня почти сразу остановилась. Но не поручусь.
– Девочка, что случилось? – услышала я, как будто через вату.
Вы когда-нибудь болели ангиной повторно? Ну, то есть недолечились – и на́ тебе – обострение. Удовольствие ниже среднего, скажу я вам. Организм не восстановился и напрочь отказывается бороться. Уже не ангинное озеро, а болото какое-то.
В этот раз со мной была мама – взяла на работе несколько дней за свой счет. Испугалась, что я снова что-нибудь выкину. Хорошо еще элегантная тетенька из белой тачки не рассказала ей, где именно меня нашла…
Тетенька отвезла меня домой и, несмотря на все мои возражения, дождалась прихода мамы. Вот так прямо взяла и осталась – повесила в прихожке свое обалденное пальто кофейного оттенка, размотала затейливо закрученный вокруг головы палантин и принялась хлопотать.
– У меня дочь твоего возраста, и мне неприятно представлять, что она могла бы остаться без помощи с высокой температурой, – сказала она.
И да – температура у меня снова подскочила будь здоров.
Тетенька представилась Еленой Леонидовной. Она сделала это только после того, как уложила меня в постель. Между делом сообщила, пока искала у нас в аптечке жаропонижающее.
– Елена Леонидовна, прошу вас, не рассказывайте маме, что подобрали меня на шоссе, – канючила я.
– И что я, по-твоему, должна ей сказать? Что ошиблась квартирой и обнаружила тут тебя больную?
– Вы ведь можете уйти, и ничего объяснять не придется. Я выпью жаропонижающее, дождусь маму, и все будет в порядке.
– Я остаюсь. Это не обсуждается, – отрезала Елена Леонидовна.
– Давайте, по крайней мере, скажем маме, что вы меня в городе подобрали, – не сдавалась я.
Новая знакомая помолчала немного, а потом потребовала:
– Расскажи, как ты там, на шоссе, оказалась, и я подумаю.
