Вступление Китая в ВТО все изменило. Сторонники Китая утверждали, что термин "страна наибольшего благоприятствования" больше не подходит - мы просто предоставляем Китаю "нормальные торговые отношения" на постоянной основе. Но какой бы термин ни использовался, предоставив Китаю PNTR, мы сделали необычную уступку геополитическому противнику и расчистили путь для компаний к использованию Китая в качестве глобального производственного центра.
К сожалению, лидеры обеих партий настаивали на PNTR для Китая и при этом делали заявления, которые впоследствии оказались постыдно ложными. В марте 2000 года президент Клинтон утверждал, что вступление Китая в ВТО - это "стопроцентная сделка для Америки, если говорить об экономических последствиях".16 Двумя месяцами ранее кандидат в президенты Джордж Буш-младший утверждал, что предоставление ПНТР для Китая - это не просто сделка, а "сделка, которая не принесет Америке ничего хорошего".16 Двумя месяцами ранее тогдашний кандидат в президенты Джордж Буш-младший утверждал, что предоставление Китаю PNTR "обеспечит американским предприятиям и фермерам доступ к растущему китайскому рынку и сократит наш торговый дефицит с Китаем".17 Конгресс согласился с этим и в 2000 году проголосовал за предоставление Китаю PNTR. Как могли так ошибаться многие наши лидеры?
Таким образом, с началом нового века Соединенные Штаты полностью отказались от разумной торговой политики, которая служила нам на протяжении большей части нашей истории, и вместо этого доверились международному органу. Мы также предоставили нашему главному геополитическому противнику свободный доступ на американский рынок. Результаты оказались катастрофическими. Многие компании, больше не беспокоясь о торговых противоречиях между США и Китаем, быстро отказались от американских рабочих и сосредоточили цепочки поставок в Китае. В 2000 году в США было более семнадцати миллионов рабочих мест в обрабатывающей промышленности - примерно столько же, сколько в начале 1970-х годов. К 2009 году у нас было менее двенадцати миллионов рабочих мест в обрабатывающей промышленности, и подавляющее большинство этих потерянных рабочих мест так и не вернулось. Дефицит текущего счета платежного баланса вырос до 6 процентов ВВП в 2006 году и опустился ниже 4 процентов только после катастрофической рецессии 2009 года.
Экспорт товаров из США в Китай действительно увеличился с 16,185 млрд долларов в 2000 году до 115,594 млрд долларов в 2016 году. Но за тот же период импорт товаров из Китая вырос со 100,018 миллиарда долларов до 462,42 миллиарда долларов. Наш дефицит в торговле товарами с Китаем вырос с 83,833 миллиарда долларов в 2000 году до 346,825 миллиарда долларов в 2016 году. Конечно, этот поток долларов помог превратить Китай в сверхдержаву, способную бросить серьезный геополитический вызов Соединенным Штатам. Прогноз президента Буша о том, что предоставление Китаю статуса PNTR снизит наш торговый дефицит, и оценка президента Клинтона о том, что эта сделка "сто к нулю" в нашу пользу, оказались ложными.
Как мы рассмотрим в главах 12, 13 и 14, другие наши торговые сделки оказались не лучше. Предполагалось, что НАФТА поможет американским рабочим. Вместо этого наша торговля товарами с Мексикой превратилась из профицита в $1,35 млрд в 1994 году в дефицит в $63,271 млрд в 2016 году. Наша торговля товарами с Канадой, которая уже показывала дефицит в размере 13,967 миллиарда долларов в 1994 году, в 2016 году показала дефицит в размере 10,985 миллиарда долларов. Автомобильные заводы переезжали в Мексику с угрожающей скоростью. Производители автозапчастей создали сотни тысяч рабочих мест в Мексике всего за несколько лет. Тогдашний кандидат в президенты Росс Перо даже опубликовал книгу об угрозе, которую представляет НАФТА, в которой утверждал, что "НАФТА на самом деле не столько торговля, сколько инвестиции. Ее главная цель - защитить американские компании и инвесторов, работающих в Мексике. . . . Значительная часть соглашения написана в виде непонятных юридических терминов, которые можно найти на обратной стороне страхового полиса. Мелким шрифтом напечатаны положения, которые лишат американцев рабочих мест и радикально сократят суверенитет США".18
Разрушения, хотя бы частично вызванные НАФТА, позволяют предположить, что современные критики были правы, говоря об угрозе американским рабочим местам. В своей работе под названием "Влияние НАФТА на штаты" экономист Роберт Э. Скотт назвал следующие отрасли, наиболее пострадавшие от НАФТА: электротехническое электронное оборудование (потеряно 108 773 рабочих места); автотранспорт и оборудование (потеряно 83 643 рабочих места); текстиль и одежда (потеряно 83 258 рабочих мест); пиломатериалы и изделия из древесины (потеряно 48 306 рабочих мест).19
Хотя приведенная ниже таблица не определяет причинно-следственные связи, она должна дать пищу для размышлений.
