Счастье длилось недолго и я даже застонала от разочарования вслух, когда Коб-Ор сдвинулся с места и с шумом выбрался из озера, все так же не выпуская меня из рук. Поудобней перехватив меня одной левой, мужчина замер на секунду, а заем мы стремительно скользнули вверх по радуге, и я торопливо прикрыла глаза и задержала дыхание. Взлеты и падения при переходах из одной реальности в другую – дело муторное, местами тошнотворное.
– Радуга тебя побери! Коб-Ор! – в голосе Гримиума звучало неприкрытое облегчение. – Живой!
Я распахнула ресницы и обнаружила нас все в том же треклятом саду, раскуроченном дракой королевской виверны с божественной Анантой. Король и королева все еще стояли друг напротив другу, и моё времяощущение удивленно замерло: неужто с момента нашего ухода и возвращения прошло несколько секунд?
Нетерпеливо дёрнув плечом, я заёрзала в мужских руках, требуя опустить меня на землю. Коб-Ор без слов аккуратно поставил меня на ноги, лишь на мгновение придержав за талию. Убедившись, что я падать не собираюсь, воин выпустил меня из защитного круга и на секунду я ощутила себя обнаженной и беспомощной.
Ледяные пальцы страха прошлись вдоль моего позвоночника, и я зябко передернула плечами. Мокрая одежда к хорошему настроению не располагала. Отсутствие Наташки напрягало, а семейная идиллия супругов и громогласное молчание начинали бесить.
«Вдох-выдох, вдох-выдох. И мы опять играем в любимых, да? – торопливо задышала я, сдерживая бешенство, с плотоядной улыбкой поглядывая на Гримиума и Эдассих. – Вдох-выдох!»
– Где Наташа и… – я оглянулась в поисках Зерга. – И Северный Дикий.
Райн перевел на меня растеряно-удивленный взгляд, словно только что обнаружил моё присутствие. Обвёл глазами развороченную поляну, фиксируя Хранительниц, по-прежнему удерживающих Круг. Крепче прижал к груди непонятную вещь, похожую на очень большое яйцо, мельком глянул на жену, нахмурился и замер, склонив голову в плечу. Будто прислушиваясь к чему-то или кому-то изнутри.
– Они оба… в пещерах… – через мгновение раздался недоуменный голос короля.
– Откуда знаешь? – отмерла я, переварив информацию.
– Не знаю… – растерянно выдохнул Гримиум, вновь погружаясь в себя.
– Не виноватая я, он сам пришел, – проворчала я негромко, отчего-то поверив райну, но, тем не менее, призрачных своих драконов отправила на поиски.
Как ни странно, магия вновь искрила внутри меня радужными брызгами. Но теперь я не ощущала её полноводной рекой. Она пузырилась во мне шампанским, наполняя лёгкой радостью и силой. Хотелось объять весь мир и затопить его счастьем, несмотря на ситуацию, из которой я по-прежнему не видела выхода. И отсутствие подруги рядом. Слова Гримиума хоть и легли на душу, но мой махровый материализм требовал присутствия живой и здоровой Наташки здесь и сейчас для полной достоверности и абсолютной убежденности в правдивости этих самых слов.
– Они и действительно в пещерах, – раздался голос Эдассих. – Я чувствую их.
Мы встретились с райной глазами и, как якорями, зацепились друг за друга, погружаясь в разноцветную бездну. Мир исчез. Остались только мы с… сестрой и радуга, затопившая все пространство. Звезда Ириды пылала ярко, а пояс вокруг неё пульсировал в такт дыханию Мироздания. Но свет не бил по глазам. Он словно наполнял Грани силой, исправляя искривленности и изломы, штопая разрывы и оживляя мертвые планеты. Столб водопада нанизывал вселенные на себя, как бусины на ленту.
Взявшись за руки, мы с Эдассих замерли, вглядываясь в Грани, и не понимая, чего от нас хотят, но чувствуя спинным мозгом: ладони размыкать не стоит. Созвездия и млечные пути, Грани и Из-Гранья проходили сквозь нас, очищаясь о скверны, и вспыхивали с новой силой, покину наши солары.
«Живые и мертвые, – вспыхнуло в пустом сознании. – Мы – два источника. Живые и мёртвые… Баланс миров и граней. Вритру… Он как хирург, разрезает и восстанавливает, и уходи за Грань. Чистильщик…»
«Чистильщик… – эхом откликнулся голос Эдассих внутри меня, утешая вспыхнувшую в моей душе боль. – Мы все – игрушки богов, – печально констатировала она. – А мы с тобой – ключики часового механизма».
«Угу, найденные и примененные не по назначению, – хмыкнула я. – Мир мы все-таки спасли, хоть и не так, как я себе это представляла. И не так, как планировал Аида».
От этих мыслей разом стало не по себе. Лапки сотен маленьких паучков пронеслись по всему моему телу, выворачивая разум наизнанку. Напротив с таким же отвращении скорчилась Эдассих. Наш печальный смех хрустальным звоном разнесся по ткани мироздания, будто кто-то нечаянно стукнул по заиндевевшим колокольчикам, нарушая тишину вселенского танца. Грани вздохнули, заново наполняя лёгкие радужной магией двух источников.
