– Тацуми, – прошептала Юмеко, и даже собственное имя заставило мое сердце стучать чаще, потому что сорвалось с
Вдруг задрожал воздух, а следом – и земля. Казалось, в самом центре города пульсирует что-то страшное и зловещее, черпая силы из рек крови, смерти и людских душ.
– Ну вот, началось, – прошептала Юмеко, когда биение кровавой магии добралось до нас. На миг мне почудилось, будто по мне ползают миллионы пауков, сороконожек, червей – они карабкаются по телу, ныряют под одежду, впиваются в плоть. Я видел, как скривилась Юмеко, как в отвращении прижала к голове уши, но потом это чувство прошло и все стало как прежде. Тишина спустилась на дворец, люди замерли в страхе и смятении, готовые выхватить оружие. Все ждали, что будет дальше.
И тут закричали ками.
Это не был звук в привычном смысле слова, как, например, гонимые ветром истошные вопли, стоны, вой – все, что можно уловить на слух. Нет, это было ощущение кромешного ужаса, словно тысячи голосов слились в едином крике боли и страха. Кричали земля, небо, лес, окружавший город, и укрыться от этого града чувств было невозможно, они вонзались в тебя, будто стрелы, и рвали душу в клочья.
Юмеко ахнула, поморщилась, зажала уши, словно крики ками причиняли ей физическую боль. Я соскочил с перил и огляделся, ища глазами госпожу Ханшу и даймё Цуки. Генно приступил к своему плану. Решающая игра началась. Пора в путь.
– Каге-сан! Юмеко-тян!
Ронин взбежал по ступенькам с луком в руке. Тайо поднялся за ним следом.
– Что, черт возьми, происходит? – спросил бледный как мел ронин. – Вы слышали? У меня из ушей сейчас кровь пойдет!
– Это ками, – дрожащим голосом ответила Юмеко, спрыгнув с перил. Полными ужаса глазами она посмотрела на небо, на лес за городом. – Никогда… не слышала… чтобы они так кричали. Происходит что-то страшное. Надо найти Киёми-саму.
– Я здесь. – Даймё Клана Луны поднялась по ступенькам, такая же бледная и мрачная, как Юмеко. За ней изящной, непоколебимой тенью следовала госпожа Ханшу. Вид у нее тоже был скорбный, губы сжались в тонкую линию. Юмеко резко вздохнула при виде правительницы Каге и встревоженно расправила плечи.
– Не бойся, – тихо, чтобы слышала только кицунэ, проговорил я. – Каге в городе, но они хотят помочь нам остановить Генно.
Юмеко бросила на меня встревоженный взгляд. Я прочел в нем немой вопрос, страх за меня – она тоже понимала, что если Каге заявились к нам, то доберутся и до Хакаимоно с мечом. Вне всяких сомнений, у Ханшу имелись на меня дальнейшие планы, если я, конечно, выживу. Но пока не существовало ничего важнее, чем необходимость помешать Генно и остановить призыв Дракона.
– Юмеко-сан, – строгим голосом обратилась к дочери даймё Клана Луны. Сейчас сходство между ними было как никогда заметно. – Мне придется собрать остатки своих сил для решающей битвы. Что бы там ни задумал Владыка демонов, нам нельзя останавливаться. Нужно любой ценой добраться до скал Рюгаке и прервать ритуал призыва Дракона. – Даймё вздохнула и в один миг словно постарела на несколько десятков лет. – Ками бегут с острова, – прошептала она. – Их становится все меньше и меньше, и я чувствую это. Скоро их совсем не останется. Не знаю, что нам принесет этот день. Мое войско уменьшилось в десять раз, и даже с учетом Каге и их помощи мы остаемся в меньшинстве, и разрыв огромен. Ты видела, каким войском управляет Генно и на что он способен, и уже потеряла дорогого тебе человека. Мы можем погибнуть в грядущей битве, Юмеко-сан, но наше время уже на исходе, и другого выбора нет. Ты и твои друзья… по-прежнему с нами?
– Да, – твердо ответила Юмеко без тени страха. – Мы потому и пришли, Киёми-сама. Мы не сдадимся.
Правительница Клана Луны кивнула.
– Тогда готовьтесь, – сказала она. – Соберите все необходимое, вознесите молитву ками, попрощайтесь. Какие бы ужасы ни принес с собой рассвет, мы встретим их с честью – и либо помешаем безумцу призвать божество, либо воссоединимся с прародителями в следующей жизни.
Мою душу мутило.
Иначе это чувство и не опишешь. С каждым шагом ощущение, что на острове
Ками покинули эту землю. Уж не знаю, что там задумал Генно, какие темные чары решил применить, но все духи до единого бежали с острова. А без них он сам будто лишился души.
