Таулинин был прав: сооружение было построено для воды, а не для людей. Но под желобом для воды на самом деле было нечто вроде пешеходного моста, к которому вела лестница, ведущая вниз с края утеса. Пазелу стало дурно при одном виде этого пешеходного моста. Он был около двух футов шириной и подвешен между V-образными стойками, которые спускались с нижней стороны желоба для воды. Между стойками не было никаких перил. Вода, струившаяся через трещину, лилась прямо на пешеходный мост, и с этой точки вплоть до той стороны пропасти, где находились путешественники, узкая платформа была покрыта льдом.
Внезапное движение на противоположном утесе. Пазел подпрыгнул: это был Дасту. До этого более старший юноша сидел на камне так неподвижно, что взгляд Пазела скользнул мимо него. Теперь он медленно и лениво прошелся по по краю пропасти, затем бросил взгляд на птицу.
Отряд отступил. Лица остальных были пепельно-серыми.
— Двое наблюдателей, Таулинин, — сказал один из селков. — Орел склонил голову набок, глядя на юношу-человека, как раз в тот момент, когда юноша поднял глаза на орла. Они в сговоре.
— И, конечно, не одни, — сказал Валгриф. — Что случилось с этим мальчиком? Говорю вам, мне не нравится, как он себя ведет.
— Ты и половины не знаешь, — сказал Нипс. — Так это орел? Я никогда не слышал о черных.
— Они долгое время были игрушками моей семьи, — сказал принц Олик. — Они охотники, выведенные ради силы и выносливости, а также остроты зрения.
— Рамачни, — сказал Пазел. — А что, если эта треклятая птица проснулась? Что, если она увидит нас и полетит прямо к Макадре?
— Тогда ваша миссия провалится, а вскоре и ваш мир, — сказал Рамачни. Он посмотрел на Герцила и, казалось, собирался сказать что-то еще, но что-то во взгляде воина заставило его промолчать. Герцил понимал, и Пазел чувствовал, что он тоже это понимает. Мост охраняли от них. Возможно, невидимые враги. Очень вероятно те, кто мог бы убежать и поднять тревогу.
Поняв, что им нужно немедленно скрыться из виду, группа отступила к ближайшему резервуару, который был заполнен льдом. Крыша частично обрушилась, и, чтобы не быть замеченными с воздуха, им пришлось забиться в тень у противоположной стены.
— А теперь, — сказала Энсил, — ты должен позволить икшелям отработать свое содержание. В другие моменты Валгриф мог бы сойти за обычного волка, но любое существо, приближающееся к этой пропасти, наверняка вызовет подозрения. Однако нас с Майетт никто не увидит. Мы пойдем и немного понаблюдаем за мостом, посмотрим, что мы сможем обнаружить.
— Миледи, — сказал принц Олик, — эти орлы замечают существ вашего размера с тысячи футов.
— Но не икшель, — сказала Майетт. — Мы прятались от хищных птиц так же долго, как и от людей, если не дольше. Кроме того, самый смертоносный враг — это тот, чье лицо ты никогда не увидишь. Если этот орел поднимется в воздух, мы зароемся в сосновые иглы или в снег. Я была непростительно беспечна, когда позволила соколу из Уларамита поймать меня в свои когти. Этого больше не повторится.
Герцил вздохнул:
— Мы не можем вернуться назад, и мы не смеем идти дальше, пока не узнаем, с чем именно мы столкнулись. Мне это не нравится, леди, но я думаю, что мы должны принять ваше предложение. Идите и будьте вдвойне осторожны, как всегда на улицах Этерхорда.
— Отмечайте все, что вы видите, каким бы обыкновенным это ни казалось, — сказал Рамачни. — Прежде всего, прислушивайтесь к тонким инстинктам своего народа. Если они скажут вам бежать, делайте это немедленно, даже если вы считаете, что прекрасно спрятались. Некоторые средства обнаружения не требуют ни глаз, ни ушей.
— Мы не хотим умирать, — сказала Энсил. Затем она посмотрела на Майетт и поморщилась, как будто сожалея о своем выборе слов. Но Майетт только мрачно улыбнулась.
— Да, — сказала она, — даже я больше не хочу умирать. Отпустите нас.
Они бросили долгий взгляд на небо, а затем бросились по тропе к расселине, перебираясь, как пара быстрых белых пауков, с одного сугроба на другой.
На этот раз Пазелу ожидание показалось почти невыносимым. Он не мог даже расхаживать: лед был слишком скользким, а резервуар слишком маленьким. Прошел час, а может, и больше. Неда посмотрела на него и попыталась улыбнуться. Взгляд Таши был отстраненным, в той тревожной манере, которую он знал.
Затем, внезапно, Энсил и Майетт ворвались обратно в резервуар, и новости выплеснулись наружу.
— Хратмоги! — воскликнула Энсил. — Шесть существ, по меньшей мере, а, может быть, и больше. И три воина-длому с солнцем Бали Адро и леопардом на щитах.
— Их предводитель — один из длому, — сказала Майетт. — Он носит на поясе складной нож. Это Плаз-клинок, похожий на тот, который Ваду использовал против нас на Черном Языке. Длому и хратмоги вышли из-за скал и поговорили между собой, а затем снова скрылись из виду.
— Значит, это засада, — сказал Большой Скип.
