Он взял за руку Леонида Павловича и повёл его осматривать владения.
Тамара ещё с вчерашнего вечера всё предусмотрительно приготовила для сегодняшнего праздника, а утром поставила тесто на пирожки. Теперь, оставшись одна, продолжила: вынула из жарочного шкафа и смазала противень, потом достала уже подошедшее тесто, разделала его на одинаковые шарики и стала мастерить пирожки. Привычные к работе с тестом руки, уверенно закручивали рогалики, красиво лепили булочки и начиняли разной начинкой пирожки.
Жарочный шкаф у Тамары был самый современный со всякими навороченными прибамбасами – вентилятором, регуляторами разных температур низа и верха, поэтому от её выпечки – кто пробовал, приходил в неописуемый восторг.
После выпечки, которую она поставила в разогретый шкаф, ей остались небольшие мелкие хлопоты. Расстилая в гостиной праздничную скатерть, раскладывая салфетки под каждую тарелочку, доставая из холодильника, всевозможные деликатесы, салаты, она лихорадочно приводила свои мысли в порядок и обдумывала дальнейшее поведение с неожиданно свалившимся на её голову любовником.
Из Серёжиной комнаты доносился заливистый смех Леонида Павловича, визг сына и их отдельные фразы… Они были вдвоём уже более двух часов, и Леонид Павлович, конечно же, узнал за это время у Серёжи все, что его интересовало.
Пока Тамара привязывала к стульям разноцветные воздушные шарики с красивым поздравлением для Сережи, она продолжала копаться в своих мыслях.
«Они таки встретились. Господи, это произошло совершенно случайно. А ей казалось, что она замела все следы – уехала из Москвы, никому не оставила ни адреса, ни номера телефона. Поселилась в глуши, но все оказалось напрасно. Надо же такому случиться. Игорь-охранник ему сказал, что увидел меня с ребенком, и он пришёл ко мне. Значит, помнит меня, не забыл, попросил вернуться, а смотрел… Ах, как он смотрел! Глазами не просил, а умолял! А потом подарок преподнесла ему судьба, что от неожиданности он стал заикаться. Это так на него не похоже. Теперь, если я не соглашусь вернуться, даже начну биться в истерике головой об стенку, он всё равно заберёт у меня Сережу, и я ничего не смогу с этим поделать… Ни-че-го… Он уже знает, что за ребёнком я последую куда угодно, и уговаривать меня вернуться он и не подумает. Просто поставит меня перед фактом… Спорить с ним нельзя и бесполезно, поэтому я соглашусь на все его условия. Они с Серёжей во что-то играют, разговаривают, но это не мешает ему всё обдумать и он уже принял решение, которое не изменит… Я буду действовать по обстоятельствам… „Поступай, как должно – и будь, что будет!“– эту пословицу часто произносит Олег, и я ей последую».
Наконец все было приготовлено, и Тамара пошла переодеваться. Когда через полчаса она зашла в комнату сына, Леонида Павловича было не узнать: он уже мало отличался от того, прежнего, который пришел к ним. Куда пропали морщины и его печальные глаза. На губах играла весёлая улыбка, а глаза искрились от радости. О его недавней болезни теперь свидетельствовала лишь землистого цвета кожа лица, но щёки раскраснелись от азарта или тепла. Оба сидели за столом и играли в шахматы. Около ног Леонида Павловича лежал вытянувшись Рик. На Тамару щенок не обратил никакого внимания, очевидно, он уже выбрал себе нового хозяина. Леонид Павлович, снял пиджак и повесил на сиденье рядом с собой. На правом запястье блестели серебряные часы с большим циферблатом – смотрелось красиво! Тамара помнила, что он и раньше отдавал предпочтенье супер дорогим швейцарским фирмам. Видимо, дела с игрой у него шли не очень, она знала его привычку, когда нервничал, то покусывал изнутри щеку. Продолжая играть, чуть повернувшись к ней, он радостно произнёс:
– Тамара, а наш сын прилично играет в шахматы! Я очень хорошо играю, а он в пять лет у меня две партии выиграл, одна ничья, и это из пяти. Вот так Сергей Леонидович серьёзно меня удивил.
– Шах тебе! – радостно воскликнул Серёжа.
– Леонид Павлович, я принесла вам кофе с рогаликом, только что из духовки. Вы любили с этой начинкой, – сказала Тамара, устраивая рядом с шахматной доской поднос, на котором стояли, испускающий ароматный пар кофейник, и малюсенькая чашечка.
– Спасибо, – сказал он, – наливая себе в чашку дымящееся кофе. Потом сделал мелкий глоток, закатил кверху глаза, показывая наслаждение, и с хрустом откусил от рогалика.
– Очень вкусно, – прожёвывая рогалик, – сказал он. И кофе великолепный. Как я люблю. Я, Серёже предложил подарок заказать себе на день рождения, так он меня опять удивил. В Китай, говорю, поедешь, в монастырь Шао-Линь, ещё куда захочешь, например, в Диснейленд. А он, знаешь, что попросил? Ха-ха-ха, скажи ей сам, сыночек, а то мама не поверит, скажет, что я сам придумал.
Он посмотрел на Серёжу взглядом полного обожания и нежности, и Тамара ещё раз подумала, что разлучить его с сыном уже будет никому не под силу.