– Я, дорогая моя, я. Столько лет, столько лет я хотел это сделать. – Голос старика стал не слышен. Затем он произнес: – Как это гадко! Жить, питая неприязнь, какое там, ненависть… – Лонни замолчал. Спустя некоторое время продолжил: – Нет мне прощения. Я знаю, он не мог быть настолько дурным человеком и вообще дурным. Вы же любили его, а разве можно любить безнадежно дурного человека? Но даже если бы его душа была чернее ночи…
– Лонни! – резко оборвала его Джудит. – Я знаю, муж мой не был ангелом, но и дьяволом не был.
– Знаю, дорогая моя, знаю. Я только хотел сказать…
– Да выслушайте же меня! Лонни, в тот вечер Майкла не было в машине. Его и рядом с ней не было.
Я напряг внимание, но ничего не услышал. Джудит Хейнс прибавила:
– Меня тоже в машине не было.
Наступило продолжительное молчание. Потом Лонни сказал почти шепотом:
– А мне дело представили совсем иначе.
– Я в этом уверена, Лонни. Машина была моя. Но не я ее вела. И не Майкл.
– Но вы не станете отрицать, что мои дочери были… не в себе в тот вечер. И вы тоже. И что вы сделали их такими.
– Я не отрицаю ничего. Мы все тогда перепились. Вот почему с тех пор я капли в рот не беру. Не знаю, кто виновен в случившемся. Знаю лишь одно: ни Майкл, ни я не выходили из дому. Господи, неужели я стала бы лгать, когда Майкла нет в живых?
– Нет, конечно нет. Но кто… кто же вел вашу машину?
– Два посторонних человека. Двое мужчин.
– Двое мужчин? И все это время вы скрывали их имена?
– Скрывали? Я бы так не сказала. Если мы это делали, то невольно. Главное заключалось в ином. Всем известно, что мы с Майклом… Словом, преступниками мы не были, но готовы были взять от жизни свое.
– Двое мужчин, – машинально повторил Лонни, не слушая ее. – Двое мужчин. Вы должны их знать.
Снова молчание, затем Джудит вымолвила:
– Конечно.
И снова тишина, приводящая в бешенство. Я даже дышать перестал, боясь пропустить хоть слово. Но услышать, что было сказано дальше, мне не удалось. Сзади раздался резкий и враждебный голос:
– Черт побери, чем это вы тут занимаетесь, сударь?
Я с трудом сдержался, чтобы не ответить достаточно резко, и, повернувшись, увидел массивную грушеподобную фигуру Отто, возвышающуюся надо мной. Весь красный, он угрожающе сжимал кулаки.
– Вы, я вижу, расстроены, мистер Джерран, – ответил я. – Я подслушивал. – Встав на ноги, я отряхнул пыль с колен. – Могу все объяснить.
– Жду ваших объяснений, – чуть побледнел Отто. – Это будет интересно.
– Я только сказал, что могу все объяснить. Это отнюдь не значит, что я намерен перед вами отчитываться. Если уж на то пошло, что вы сами тут делаете?
– Что я… что я?.. – Он не мог больше выговорить ни слова. Казалось, еще минута, и он лопнет от злости. – Какая наглость, черт побери! Я собираюсь на дежурство. Что вы делаете у двери в спальню моей дочери? Странно, что вы не подсматриваете, Марлоу, а подслушиваете!
– Мне незачем подсматривать, – назидательно произнес я. – Мисс Хейнс моя пациентка, а я врач. И если я захочу увидеть, я открою дверь и войду. Что ж, раз вы приступили к дежурству, я пойду спать. А то я устал.
– Спать? Ей-богу, Марлоу, вы еще пожалеете, клянусь. Кто там у нее?
– Лонни Гилберт.
– Лонни Гилберт? Какого черта! Отойдите в сторону! Пустите!
Я преградил ему путь. Отто кинулся на меня точно танк, но сантиметрах в тридцати от двери все же остановился.
– На вашем месте я не стал бы врываться. У них очень важная беседа. Оба, можно сказать, погружены в отнюдь не радостные воспоминания.
– Что вы там еще несете, черт вас побери? Что хотите этим сказать, вы, любитель чужих секретов?
– Ничего я вам не хочу сказать. Может быть, вы сами мне кое-что сообщите? Может быть, расскажете об автомобильной катастрофе, которая, насколько мне известно, произошла в Калифорнии много лет назад? Катастрофа, в которой погибли жена Лонни и две его дочери?
Лицо Отто было уже не серым и не багровым, как всегда. Краска исчезла с его щек, на них появились безобразные свинцовые пятна.
– Автомобильная катастрофа? – Голос его был спокоен. – Что еще за автомобильная катастрофа?
– Не знаю, потому-то вас и спрашиваю. Я слышал, как Лонни говорил об аварии, кончившейся для его семьи трагически. Поскольку ваша дочь знает о ней, я решил, что знаете и вы.
– Не имею представления, о чем она там толкует.
Оставив свои инквизиторские замашки, Отто круто повернулся и зашагал в кают-компанию.
А я, пройдя мимо него, направился к выходу. Смит, судя по всему, собрался на прогулку. Хотя температура ничуть не повысилась, снег прекратился, дувший с веста ветер ослаб и напоминал свежий бриз. Это, видимо, объяснялось тем, что мы оказались с подветренной стороны Антарктикфьеля. В многочисленных просветах туч виднелись звезды. Воздух был пронизан их сиянием. На юге, низко над горизонтом, я увидел луну, находившуюся в третьей четверти.
