– Ни в чем. По части червяков. За тобой кто-нибудь есть?
Как только до Гэвина доходит смысл вопроса: пришел ли он один или с кем-то, – он отвечает:
– Если и есть, я об этом не знаю.
Но Вуди все равно несколько мгновений улыбается в туман, добавляя к нему свое дыхание, прежде чем закрыть дверь, которая гудит словно подземный колокол. Гэвин уже жалеет, что не задержался в дороге подольше, но все равно чувствует себя обязанным спросить:
– Вы что-то сказали о червячках?
– Ранней пташке – первый червяк. Надо съесть не одного червячка, если хочешь полететь.
Гэвин направляется к комнате для персонала в надежде, что эта идея позабудется, когда Вуди окликает его:
– Погоди минутку. Ты можешь стать первым, кто это увидит.
Гэвин разворачивается навстречу улыбке и дыханию Вуди, которое все еще подражает туману.
– Что увижу?
– Разве ты не заметил никакой разницы?
Он глядит мимо Гэвина, который вынужден повернуться к нему спиной. Дальний конец детской секции между стеллажами едва заметно лишен обычных красок и как будто слегка расплывается, словно завитки тумана, вкус которого он чувствует до сих пор, добрались и сюда. Он сомневается, что именно это Вуди так жаждет ему показать, – а он жаждет настолько, что Гэвин едва ли не физически ощущает его чувства, словно зубы, впивающиеся сзади в шею. Он внимательнее всматривается в детский отдел и проходы, ведущие туда.
– Все в полном порядке.
– Да, почти все. Ко времени открытия закончу. Я хотел показать вам, ребята, как может выглядеть магазин, как он должен выглядеть каждое утро, считая с этого момента. Если я в состоянии справиться с задачей один, то уж вы всей командой точно справитесь.
– И сколько времени у вас ушло?
– В два раза больше, чем у двоих из вас, в три раза больше, как ни крути, чем у троих. А дальше сам считай.
Гэвину плевать на ответ, однако он выставит себя глупцом, если не пояснит свою мысль.
– Сколько вы спали сегодня?
– Достаточно, иначе я не стоял бы сейчас здесь, верно? Когда переживем эту ночь, у нас у всех будет возможность хорошенько выспаться.
Неужели он считает, Гэвину нужно это проговаривать? Гэвину кажется, что у него уже передозировка рвения Вуди, он даже не уверен, на кого тот сейчас больше похож: на миссионера или на клоуна. Когда Вуди, неистово улыбаясь, набрасывается на очередную книжку, чтобы переставить ее на другое место, Гэвин уходит в сторону комнаты для персонала. Он здесь только для того, чтобы исполнять работу, за которую ему платят, и получать удовольствие в процессе, если получится.
Пластина в стене упорно требует, чтобы ей дважды показали пропуск. И эта задержка словно грозовое облако, сгущающееся в голове. То ли ощущение безысходности, то ли последний заряд бодрости подгоняет Гэвина по лестнице, заставляя перешагивать через две ступеньки. Он рывком распахивает дверь в комнату для персонала и выхватывает свою карточку из кармашка «Уход». Затем проводит карточкой через прорезь под часами, бросает ее в кармашек «Приход» и размышляет, пробудить ли к жизни кофеварку, когда до него доносятся какие-то живые звуки. Кто-то быстро поднимается по лестнице, хотя Гэвину на миг чудится, что звук шагов маскирует какое-то другое движение, гораздо тише и невнятнее, и он не может дать ему название. Это из хранилища? Теперь уже ничего не слышно, и он говорит себе, что там ничего и не могло быть, когда дверь рядом с часами открывается и появляются Найджел и Мэд. К его недоумению, судя по настенным часам и его наручным, они пришли вовремя, и Вуди следует за ними, словно погоняя их наверх.
– Можно не рассаживаться, – говорит он. – Это не займет много времени.
Найджел разевает рот, уверенный, что отмена его «летучки» вовсе не шутка.
– Вот как мы теперь начинаем, – произносит Вуди. – Пусть каждый приложит все силы, чтобы сделать что-нибудь для магазина, что именно – выбор за вами. – Его улыбка почти не меняется, когда он добавляет: – Поразмыслите об этом, пока работаете. Гэвин, на тебе прилавок, вплоть до того часа, когда Мэделин пожелает украсить его собой.
– Пусть забирает его себе, – отзывается Мэд без намека на юмор. – Подозреваю, моя секция, как и обычно, нуждается в моем внимании.
Гэвину кажется, что он непреднамеренно настроил ее против себя. Он направляется к лестнице, чтобы не только избавиться от ощущения, что его загнали в ловушку, но и приступить уже к работе. Не успевает он дойти до нижней ступеньки, когда Вуди сбегает вслед за ним.
– Все в порядке, я за тобой не гонюсь, – бросает Вуди на ходу.
Он торопится открыть магазин. Спешка кажется бессмысленной, поскольку впускает он только волну тумана, которая мгновенно рассеивается. Наверное, причиной тому отсутствие покупателей, потому что Мэд не сдерживает себя при виде детской секции:
– Ну, спасибо, кто бы это ни был, – выкрикивает она почти во всю мощь своего голоса.
– Скорее всего, это был я, – отзывается Вуди.
– Сомневаюсь. Надеюсь, что нет.
– А где ты видишь проблему?
– Да где я ее не вижу? Сами взгляните.
