Девушка согласилась. Ей понравилось быть официанткой: деньги платят, самой поесть можно, да еще с собой еды дадут. Анна опубликовала в бесплатной газете объявление: «Официантка предлагает обслуживание банкетов. До сорока человек». И неожиданно дело у нее пошло. Да так хорошо, что Аня ушла из магазина и стала кормить своих пожилых соседок, с которыми давно подружилась.
С той поры она бегает по разным мероприятиям, у нее много постоянных клиентов. Например, одно издательство, которое регулярно устраивает презентации новых произведений своих авторов. Ясное дело, прессу надо угостить, иначе журналисты не придут, вот и зовут Аню тарталетки разносить. Жизнь ее стала просто прекрасной. Через какое-то время она родила Тимошу. Куда делся отец мальчика, Анна мне объяснять не стала, сказала лишь:
— Мы совсем немного вместе прожили. Мне от супруга фамилия досталась, я стала Герасимовой, а в девичестве была Михайловой.
С появлением малыша трат прибавилось. К счастью, две соседки, которые считали Нюшеньку своей богоданной внучкой, стали ухаживать за новорожденным, и Аня получила возможность работать дальше. Она была счастлива. Как же, у нее теперь есть семья — любимый сын и две бабули. Тамара Петровна, врач, делала крошке массаж, проводила процедуры закаливания, а Екатерина Сергеевна занималась умственным развитием малыша. К четырем годам Тимоша стал крепким мальчиком, ни разу не болевшим, к нему даже насморк не цеплялся, хорошо читал и считал.
Анюта хотела отдать сынишку в садик, но бабули воспротивились, и Тимоша счастливо сидел дома, на целое лето уезжал в деревню, где у сестры Екатерины Сергеевны есть большая изба. В школу мальчик пошел шестилетним, учится сейчас на одни пятерки, после уроков занимается спортом, по воскресеньям ходит на службу в церковь, а потом в приходскую школу. Телевизор он не смотрит, на айпаде не играет, зато читает хорошие книги, посещает театры, симфонические концерты. Послушный, умный, добрый сыночек.
Герасимова продолжает кормить бабушек, которые оформили дарственные на свои квартиры в ее пользу. Жилье объединили в одно, получились роскошные апартаменты. Анна старается изо всех сил, зарабатывает на всех. Недавно она купила бабе Кате шубку, а баба Тома получит доху нынешним летом. В жаркие месяцы цена на мех сильно падает, и Герасимова уже накопила нужную сумму. То есть, судя по всему, Господь решил наградить сироту за ее детские слезы, послав ей на радость чудесных пенсионерок-соседок и самого лучшего на свете сынишку. Каждый день Аня начинала со слов:
— Спасибо, добрый боженька, за твою любовь ко мне!
Имея на плечах трех человек, которых нужно кормить, поить, одевать, Анюта радовалась любой работе, никогда не капризничала, бегала по всей Москве, выезжала в область. Пару лет назад она поняла, что надо искать напарницу, тогда можно будет брать большие заказы. Анна стала просматривать объявления в газетах, приглашать разных женщин. Но быстро расставалась с новоявленными коллегами.
Герасимова не ворует, не пьет, не обманывает устроителей, готова носиться по залу с подносом до последнего клиента, на службу всегда является красиво причесанной, с макияжем, носит туфельки на каблуке. Аня понимает: у людей праздник, внешний вид обслуживающего персонала должен соответствовать мероприятию. Например, на свадьбу Герасимова наденет, скажем, розовое платье, а белое никогда, на похороны же придет в черном. Мини-юбки, кофты с глубокими вырезами, колготки-сеточки, ботфорты, вульгарный макияж — все это у нее под запретом, поскольку она не мужа приходит на тусовку искать, а работать.
Женщины, которых Герасимова брала в напарницы, вели себя иначе. Одна обшарила карманы верхней одежды гостей, другая напилась до свинячьего визга, третья сначала отложила в принесенные из дома коробочки еду, а уж потом понесла блюда в зал, четвертая явилась на службу в полупрозрачном, обтягивающем все ее прелести платье, пятая, наоборот, притопала в спортивном костюме и кроссовках, шестая не помыла руки после туалета… Поработав один раз с такими «помощницами», Анна им больше не звонила, дорожа своей репутацией.
В конце концов она смирилась с неудачей и стала говорить устроителям:
— Я работаю одна. Если у вас более сорока или максимум пятидесяти гостей, зовите вторую официантку.
Иногда кто-нибудь из постоянных клиенток просит ее:
— Нюшенька, у нас шестьдесят человек на барбекю явится. Я вам приплачу, к тому же моя домработница поможет. Возьметесь? Очень прошу!
И Аня соглашается. Но порой, как, например, сегодня, приходится все-таки самой кого-то подыскивать.
Панина очень хорошо относится к Герасимовой, является ее давней клиенткой. Поэтому, услышав от Татьяны: «Найди себе напарницу, а то я не знаю, сколько народу будет», Анюта озаботилась проблемой и опять осталась недовольна. Приглашенная ею женщина хорошо вела себя с гостями, выглядела прилично, не стащила еду, но считала каждую минутку, когда напарница отсутствовала на рабочем месте, и потребовала доплаты, обвинив Герасимову в лени.
