«Суки! А я ведь всего лишь грипп подхватил!». О последнем блондин узнал на осмотре у врачей, когда вернулся в сознание.
Неожиданно мотор грузовика заглох. Кто-то хлопнул передними дверьми. Проскрипела металлическая дверь и кузов наполнился свежим воздухом. Послышались частые и глубокие вздохи. Вудс снова оказался без сознания.
***
Острая, пронизывающая, ломающая боль во всем теле и это несмотря на то, что нервные окончания «ожили» значительно недавно и сейчас болевой порог был довольно высок. Перед измученными глазами все плыло.
— Ну здравствуй, восьмой! — с мерзкой улыбкой произнес чей-то грубый голос.
Блондин присмотрелся: перед ним стоял мужчина, невысокий, с редкими седыми волосами и в больших роговых очках, одетый в белый халат, как у врача. Только был ли он и вправду низок? Почему-то Роди казалось именно так. Он хотел было встать, но понял — его прикрепили к чему-то походившему на крест из плотного материала, будто распяли. Ноги были скованны вместе руки раскинуты в стороны, так же крепления были на шее и под ребрами. Они были из кожи или латекса, но прочные и жутко натирали, оставляя алые следы на полуживых тканях тела. Замутненный разум сразу протрезвел.
Не успел зомби оправиться от первого потрясения, как возникло еще одно. Его рот. Он почему-то не открывался. Роди хотел кричать, сказать что-то, но при любой попытке ему становилось очень больно. Прекратив свои пустые муки, Вудс слегка приоткрыл рот, так чтобы ущерб был минимальным и начал вытягивать язык. Нитки, похожие на бечевку. Ими были сшиты сухие холодные губы бедолаги.
— Не бойся, — тошнотворно-ласково заговорил гость — это чтобы ты не поранил себя и других. Вот, посмотрись. — седовласый мужчина достал из кармана крохотное зеркальце и направил его на Родерика.
Швы начались под одной впалой скулой и заканчивались под другой.
У почтальона началась паника, он изо всех сил дергался, извивался, только бы освободиться и сбежать. Человека в халате это смешило. С каждой секундой ситуация парня становилась все хуже…
Вскоре в камеру вошли двое здоровых и крепких мужчин, одетых, как первый. Они отстегнули ремни, сковывающие Роди и вкололи что-то ему в шею. Затем взяли под руки и поволокли.
Пока блондина тащили через длинные серые коридоры, ему удалось понять, что это место — какое-то медицинское учреждение. Толпы людей в халатах, записывали что-то, носили туда-сюда медоборудование. Затем героя приволокли в один из кабинетов, швырнули на кушетку и снова связали. Начались проверки.
В тело Вудса втыкали иглы, обкалывали какими-то препаратами, подключали к приборам и били током. «Кажется, этот измеряет давление», — думал Роди, бессильно лежа на ложе, жадно глотая воздух, после пыток электричеством. Женщина с высоким хвостом русых волос со спокойным и строгим лицом наблюдала за происходящим и записывала. Было ясно — она привыкла. Ее глаза были пусты, как у куклы, на бейджике красовалось «№21». Двадцать Первая медленно листала скомканные желтые страницы записной книжки, заглядывая на экран мониторов и периодически недовольно цыкая.
«Чем ты-то недовольна?! Не тебя, блять, тут прицепили и пытают!» — возмущался почтальон.
Итак, Роди таскали из кабинета в кабинет. Везде эти пустые глаза и каменные лица, везде пытки и разное оборудование. В одном даже раскаленным прутом выжгли на предплечье цифру «8». Парень не знал, сколько это продолжалось: ни окон, ни часов тут он не нашел. В конце концов его несли как тряпичную куклу, ноги не слушались. Двое, что носили Родерика всюду, просто швырнули его на холодный пол камеры. Блондин ударился рукой и головой. Ползти сил не было и он остался лежать там же.
Сердце колотилось, как бешеное. Казалось, оно единственное, что в теле полуживого не устало. В горле пересохло, живот урчал так, словно пожирал сам себя. Хотелось еды и воды. Раздался грохот железных засовов клетки, кто-то снова вошел. И Роди не мог даже открыть глаза и повернуться. Он предпочел лежать, как труп. Незнакомец присел рядом, стал ласково поглаживать непослушные волосы пленника своей большой теплой рукой. С такой нежностью к нему не относились уже не один год.
«Так приятно»… — Вудс расслабился и был готов замурчать, как кот.
Незнакомец поднял его на руки и отнес к пружинистой раскладушке, к углу камеры. Гость ненадолго вышел и вернулся с подносом еды. Роди поначалу не поднимал глаза, боялся, но теперь ему хотелось знать, кто так добр с ним. Это был парень: лет двадцать — двадцать пять, миндалевидные карие глаза, растрепанные каштановые волосы. На лице была улыбка, но не такая, как у других здешних «врачей», она был по-настоящему доброй и располагающий. К накрахмаленному белому халату был прикреплен бейджик «№ 13».
Тринадцатый достал из кармана складной нож, Роди вздрогнул.
— Не бойся Эйти, все будет хорошо. Я не сделаю тебе больно.
Лезвием шатен перерезал нити на швах, а после сам кормил полуживого парня.
— Приятного аппетита, мой милый Эйти.
