Для сего по изволению государеву
питие священное, подношения первые,
дань рисом в тысячу пучков развешанных и еще пять сотен[170],
очищение прошедшие,
что обычно подносят люди из родов
из трех уездов, из всех земель и мест,
горной гряде подобно в достатке уложили,
и жрец рода
за
в семнадцатый день месяца
при пышном восходе утреннего солнца
грузными словами заклятия небесного,
заклятия грузного
хвалы возносит.
А вы — из рода благочиния и девы чистые, — все внимайте,
так возглашаю[171].
Так же говорить в храме грубого праздника и в храме Цукуёми, и туда направляйтесь, — так возглашаю[172].
Когда завершится норито поднесения богам первых приношений, сразу после того изречь следует:
Особыми словесами говорю смиренно —
ныне службу совершающая жрица-принцесса, посвященная,
согласно обычаю,
три года очищение проходила
и избрана была
служить посохом[174] богине великой,
дабы даровано было
государю нашему, потомку царственному,
с Небом-Землей, Луной-Солнцем вместе
как вечная скала, как твердая скала
мирно, покойно пребывать.
И изволение то государево —
дабы дева посохом богини стала —
великий жрец
за середину копья могучего взявшись,
с трепетом, трепетом великим[175], произносит —
так говорю смиренно.
(Храм Тоёукэ следует тому же)
По изволению государя нашего,
внука божественного,
говорю смиренно перед Великой царственной богинею.
Согласно обыкновению,
в двадцать лет единожды
Великий храм воздвигается наново.
И дабы всяческая утварь священная[177] —
пять десятков видов ее и еще четыре,
сокровища божественные[178] —
два десятка видов их и еще один —
приготовлены были
и изгнание скверны прошли,
очищение и освящение,
для того чин
сюда гонцом послан,
дабы хвалы вознести, —
так говорю смиренно.
По изволению царственных предков, бога и богини,
на Равнине Высокого Неба божественно пребывающих,
деяния начавших,
восемь сотен по десять тысяч божеств
на высоком торжище[181] небесном
божественным сбором собрались,
божественным размышлением размышляли
и назначили государю нашему,
потомку божественному,
дабы страной богатых равнин тростниковых
и тучного колоса
он, как мирной страной, спокойно ведал.
И вот, сойдя с престола из скал небесных,
облака небесные восьмислойные
тысячью разделов тысячекратно разделив,
с неба спуститься повелели[182].
И тогда размышлением божественным размышляли боги:
какого же бога вначале послать,
чтобы непокорных богов[183] страны тучного колоса
божественным изгнанием изгнать и утишить.
И все боги так вместе рассудили:
послать надлежит бога Амэ-но хохи-но микото[184],
пусть он их утишит, — так рассудили.
Повинуясь, спустился он с неба, посланный,
но никакой вести тот бог о себе не подал.
Затем послан был бог Такэмикума-но микото[185],
но и тот, отцу в подражание,
вести о себе не подал.
Тогда послали Амэвакахико-бога[186],
и тот вести не подал,
и с жизнью расстался там, где лежал,
от бедствия птицы небесной.
Тогда, по изволению богов небесных,
снова размышляли боги
и повелели с неба спуститься двум божествам-столпам,
Фуцунуси-но микото и Такэмикадзути-но микото[187].
И те непокорных богов
изгнали изгнанием божественным,
умягчили умягчением божественным,
и древесные пни на корнях скал,
трав стебельки, что речи вести умели,
речи свои прекратили.
И назначено было тогда потомку божественному
с неба спуститься.
И стране той в четырех направлениях,
куда спуститься назначено было,
определили быть мирной страной,
Великой Страной Ямато,
где солнце высоко видно,
и в корни скал подземных
опоры дворца прочно укрепили,
коньки крыш к Равнине Высокого Неба вознесли высоко,
от неба укрытием, от солнца укрытием восставили,
дабы ведал он спокойно мирной страной,
и вы, боги царственные,
что пребываете в [государевой] обители небесной[188],
не творите деяний грубых, насильных,
а поскольку ведаете вы божественной сутью своей
те деяния, что начались на Равнине Высокого Неба, —
то выпрямляйте [сердце свое]
выпрямлением божественным, выпрямлением великим[189];
и с этого места удалясь в земли чистые
в горах и на реках,
где в четырех направлениях далеко видно,
«вот наши места!», — [скажите], и ими владейте.
Для сего подносимые дары —
светлые ткани, блестящие ткани,
мягкие ткани, грубые ткани препроводим,
вещи, что взгляду светлы — зеркало,
вещи, чтобы играть с ними — яшма[190],
вещи, чтобы стрелять — лук и стрелы,
вещи, чтобы рубить — меч большой,
вещи, чтобы ездить — конь священный,
Питие священное —
