Эллин взглянула на него и застыла. Она будто смотрела на него впервые. И как раньше она не замечала так много сходства между этим образом и образом Ардела? Сейчас, глядя в его глаза, она с ясностью поняла, что они вовсе не черные, как ей казалось, а темно-синие. Синие, как были той ночью, когда Ардел (владыка) показал ей тайное место. В темных волосах блестели светлые пряди, а черты лица…
Это один человек. Двуликий.
«Двуликий», — раздался тихий шепот в голове, и Эллин вздрогнула. Она должна подумать об этом, запомнить это ощущение — это очень, очень важно.
Да, он не создавал новый образ, он не носил маску. Он и был и Арделом, и Таэрлином, и в его лице Эллин сейчас видела черты и того, и другого.
А это значит…
«Он не врал?» — с дрожью подумала Эллин.
— Почему ты отвел меня в тайное место? Зачем показал его мне? — прошептала Эллин. Таэрлин изменился в лице. На мгновение он стал обычным человеком. Уязвимым.
Но лишь на мгновение.
— А ты хотела, чтобы я взял тебя посреди сада? — жестко ответил он и на миг отвел взгляд. Эллин вспыхнула. Нет, нет смысла искать в нем Ардела и его черты. Это все ложь, ложь, от начала и до конца!
Она отвернулась и уставилась на стену, молясь, чтобы в ней появилась дверь, и она смогла бы убежать отсюда.
Он не мучил ее физически, нет. Но убивал морально.
— Ты будешь петь на моей свадьбе, — произнес владыка за ее спиной, почти касаясь губами ее макушки.
Эллин обернулась и выдохнула. Теперь он снова был в образе Ардела и с грустной нежностью смотрел на нее. Мужчина поднял руку и провел по щеке Эллин, коснулся нижней губы.
Его зрачки расширились, а дыхание сбилось. Кожу Эллин покалывало от его прикосновений, и глядя ему в глаза, она вновь забывала, кто перед ней.
Таэрлин подошел к ней вплотную настолько, что она почувствовала его член, упершийся ей в низ живота. Горячая волна нахлынула на нее, и острое томление пробудилось между ног. Ей вдруг захотелось забыть обо всем, что произошло и отдаться ему, все еще думая, что он просто садовник, влюбленный в нее.
Владыка склонил голову и прикоснулся губами к ее шее, скользнул ниже к ложбинке. Эллин непроизвольно выгнулась, поддаваясь его ласкам. Его руки нежно и требовательно ласкали ее тело, грудь, живот, бедра.
«Нет! Нет!» — закричал ее разум.
Эллин распахнула глаза и оттолкнула мужчину. Ее била мелкая дрожь. Она была так возбуждена, что не могла спокойно стоять на месте.
— Нет! Не прикасайся ко мне! — взвизгнула она, чувствуя и возбуждение, и злость одновременно.
Несколько секунд Таэрлин хмуро смотрел на нее. А затем ухмыльнулся, подскочил к Эллин и поцеловал. Он яростно набросился на ее губы, терзая их и покусывая. Его руки крепко прижимали к себе Эллин, и она слышала, как громко бьется его сердце.
Она сопротивлялась как могла.
И все же ответила на поцелуй. Влюбленность, будь она проклята, взяла верх. Вскоре все мысли и сомнения отступили. Все казалось правильным. Правильно было целоваться с ним, запуская пальцы в волосы. Правильно было отвечать на его ласки тихим стоном и льнуть к нему.
Ведь так уже было когда-то…
Последняя мысль привела Эллин в чувство. Дрожащими руками она уперлась в грудь Таэрлина и оттолкнула его. Он тяжело дышал и склонил голову, касаясь ее лба. Рукой гладил ее по щеке.
— Эллин, — сдавленно произнес он, и она вздрогнула — он впервые за время заточения назвал ее по имени, — я могу взять тебя силой… Но я хочу, чтобы ты попросила меня. Ну же, попроси меня, милая.
Он говорил тихим и ласковым тоном, как тогда, в их тайном месте. Ее охватила дрожь, а горло сжало от невыплаканных слез. Ей хотелось, очень хотелось сказать «да» и отдаться ему. Хотелось снова дать ему себя обмануть. Но что потом? Ей будет еще больнее, и она возненавидит не только его, но и себя за слабость.
— Нет, — хрипло ответила Эллин, отталкивая его. — Никогда! Ты противен мне!
«Ну вот, теперь и я лгу, — подумала она, — все вокруг погрязло во лжи».
Владыка отошел от нее с каменным лицом и скрестил руки.
— И все-таки стоит отрезать твой язык, — холодно сказал он, — сразу после того, как ты сыграешь на моей свадьбе. Откажешься — и за это поплатится та рыжая арфистка. Нэла.
Эллин задохнулась. Он резко взмахнул руками и растворился в воздухе.
— Ненавижу тебя! — закричала Эллин пустым стенам и опустилась на колени. Она не хотела играть на его свадьбе! Это было так…так мучительно.
Она опустила голову на руки и закрыла глаза, сдерживая слезы. Она не будет плакать, не будет! Сделав несколько глубоких вздохов, Эллин успокоилась. И только в этот миг поняла, что в этот визит он ней пил ее душу. Она не чувствовала слабость, наоборот — к ней пришел прилив энергии и силы.
Что это значит?
Эллин поднялась на ноги и ахнула. В стене напротив появилась дверь. Она была распахнута и вела в сад. Разумеется.
Несколько мгновений Эллин смотрела на распахнутую дверь. Резко выдохнула и выбежала наружу, в сады. Листья на деревьях и кустах пожелтели, цветы осыпались. Все выглядело так, словно наступила осень. Вот только в садах владыки всегда вечное лето. Но сейчас…