Элизеу не ответил ни «да», ни «нет». Он продолжал развивать свою мысль. Адалберту выгодно, чтобы каждый из них был занят исключительно своим делом. Да и всем это выгодно. Филомену же надо держать в убеждении, что они действуют вместе, Элизеу и Адалберту, вместе производят осмотр, делают платежи... При таком раскладе Элизеу обещает больше не донимать Адалберту вопросами, предоставляя тому карт-бланш. Его сторона дела — под его ответственность, а за свою Элизеу намерен отвечать сам.
— Ты хочешь, чтобы Филомена думала, что мы все время вместе? — уточнил Адалберту.
— Точно, — подтвердил Элизеу. — Я буду ей внушать, что у нас с тобой дел по горло, что ты сделался моим незаменимым помощником, что ты со всем отлично справляешься и так далее... Тебе же лучше! Она будет думать, что приобрела в твоем лице незаменимого работника. Ну что, по рукам?
Они ударили по рукам и, довольные друг другом, разошлись. Элизеу отправился в свой кабинет, куда тут же проскользнул Алфреду.
— Ну? Что еще? — настороженно обратился к нему Элизеу.
— Извините, сеньор Элизеу... К доне Филомене ворвалась Соланж... Она — секретарь доктора Руи...
— О Господи! — ахнул Элизеу. — Это точно?
— Она в претензии на вас за то, что вы не появлялись у нее в последнее время... Я представил ее доне Филомене как секретаршу доктора Руи! Позвоните сеньоре Романе!
Это новое лицо, неожиданно появившееся в ее доме, очень заинтересовало Филомену.
Соланж Лопес, отрекомендовавшаяся Алфреду как секретарь доктора Руи, давнего знакомого сестры Филомены — Романы, пришла искать работу. Она — весьма компетентный секретарь, умела устраивать для доктора Руи самые сложные дела. Доктор говорил, что если бы она захотела сделаться юристом, то могла бы составить ему серьезную конкуренцию. Но ей, Соланж, надоело таскаться следом за своим патроном по заграницам. Без конца — самолеты, паспортный контроль, таможня... Это надоедает. Ей хочется осесть в Бразилии, а именно в Сан-Паулу. Вот она и решила явиться к сестре доны Романы и предложить свои услуги.
—А по каким делам вы бывали в доме моей сестры?— крайне заинтересованная, спросила Филомена.
—Толком сама не знаю... Мне приходилось отвозить кое-какие бумаги в банк, разные доверенности, счета на довольно крупные суммы... — частила Соланж. — Ваша сестра и доктор Руи заправляли большими деньгами. Но более обстоятельно я ничего объяснить не могу. Я — секретарь и умею держать рот на замке...
— А вы знаете моего мужа? — спросила Филомена. Не успела Соланж и рта раскрыть, как Элизеу вошел в гостиную.
— О, какая встреча! — воскликнул он. — Как поживаете, дона Соланж?
Соланж с намеком в голосе ответила:
— Так себе, доктор Элизеу...
Элизеу сделал вид, что не обратил внимания на ее тон.
— Вы здесь с поручением от доктора Руи? Филомена переводила взгляд с одного на другую.
— Нет. Доктор Руи вернулся в Рим, а я устала жить за границей. Пришла сюда, чтобы узнать, не нужен ли вам секретарь. Вы-то знаете мои деловые качества.
— О да, — подхватил Элизеу. — Вы — профессионал высочайшего класса. Жаль только, у Филомены уже есть секретарь — Андреа. Но так или иначе, рад был вас видеть. Если увидите доктора Руи — привет от меня...
Покидая этот гостеприимный дом, Соланж прошипела на ухо Алфреду:
— Передай одной особе, что, если она не появится сегодня вечером у меня, я все расскажу сеньоре Филомене...
Карла уговаривала Элену не брать с собой на открытие выставки Родена Жуку. Туда должно было прийти столько важных персон, как можно являться в столь высокое собрание под ручку с этим зеленщиком!
— Но надо же ввести Жуку в нашу среду, — защищалась Элена.
— Но не тащить же его на мероприятие, на которое соберется самая изысканная публика. Это — скандал!
Но скандал произошел вовсе не по вине Элены и Жуки. Лукас после ухода матери наткнулся на приглашение в музей и узнал от Ирены, что Элена отправилась туда вместе с Жукой.
Разъяренный тем, что мать не стесняется уже бывать с этим типом на людях, Лукас отправился в музей следом за ними.
Он застал эту парочку воркующей перед скульптурой «Поцелуй» и, не обращая внимания на публику, сразу набросился на Жуку с кулаками.
На этот раз Жука не постеснялся дать сыну Элены достойный отпор. Заломив Лукасу руку, Жука внушительно заявил, что не позволит ему хулиганить. Ему пора научиться уважать людей. И не распускать свой язык. А также давно пора заняться каким-нибудь делом и перестать действовать матери на нервы. К счастью, Карла, находившаяся неподалеку, заметила, что люди уже заинтересовались поднявшимся шумом. Она подошла к Лукасу и крепко взяла его за локоть.
— Помоги нам увести отсюда Лукаса, — попросил ее Жука. — Элена, пойдем!
— Но я не могу, Жука, — беспомощно произнесла Элена. — Он же мой сын...
— Ты что, не видишь, как он к тебе относится?
— У него сейчас сложный период в жизни! — ответила Элена.
— Не следует потакать Лукасу, — твердо возразил Жука. — Идем со мной, Элена!
