Ивети с беспокойством оглянулась, как будто убийцы прятались по углам и за темными окнами квартиры. Розанжела тоже была не из храброго десятка, и ее обуял настоящий ужас. Мало того что старуха вдруг поднялась на ноги и заговорила, но она еще и рехнулась. А Розанжела боялась сумасшедших. Поэтому она бросилась бежать, решив позвать на помощь соседей, дону Ану.
А Ивети, оставшись одна, все бродила по комнатам и бормотала:
— Клянусь, я снова сяду в кресло и буду тихая-тихая. Не хочу умирать. Только бы девчонка никому не проболталась.
Но вот заскрежетал ключ в замке, кто-то приоткрыл дверь. Ивети поспешила в прихожую, обрадованная, что квартирантка вернулась. Но это была не Розанжела...
Даже ночью нет покоя, подумала Ана, услышав, что кто-то барабанит в дверь. Она набросила халатик и спустилась вниз. Перепуганная квартирантка Китерии со слезами просила о помощи:
— Я не могу оставаться одна с этой старухой, дона Ана. Кажется, она сошла с ума. Позвоните, пожалуйста, ее дочери.
Ана поняла, что на Ивети снова «накатило». Она успокоила девушку. Позвонить Китерии они не смогут, потому что не знают номера ее телефона. Ана быстро оделась и вместе с Розанжелой поспешила в соседний дом, чтобы дать успокоительное Ивети и уложить старушку в постель. И Улисса, как назло, нет дома. После закрытия пиццерии они навестили Ивети, и он тут же уехал в бар к Китерии.
По дороге Розанжела успела рассказать, что застала дону Ивети расхаживающей по дому на своих ногах. И зачем старуха обманывала собственную дочь? Ана тоже этого не понимала, но она всегда чувствовала, что Ивети не такая уж глухая, немая и беспомощная.
О том, что старуха бормотала в бреду о каких-то убийцах, Розанжела умолчала. Они открыли дверь и чуть ли не наткнулись в маленькой прихожей на распростертое тело Ивети.
— Ах, дона Ивети, бедняжка! — Ана наклонилась над ней, пытаясь поднять. — Смотри, Розанжела, кровь!
Ане пришлось самой бежать к соседям, чтобы вызвать врача, потому что девчонка остолбенела и стала невменяемой от ужаса. Доктор, осмотрев старушку, сказал, что помочь ей уже нельзя. Ни у кого не возникло сомнений, что это несчастный случай: старая, слабая женщина просто споткнулась в темной прихожей и, падая, ударилась головой о край столика.
Только Розанжела не была в этом уверена. Но своими сомнениями она ни с кем не поделилась.
Многие не спали в эту ночь. Может быть, потому, что наступило полнолуние и тревога, тоскливое предчувствие беды словно витали в воздухе Сан-Паулу.
Проснувшись глубокой ночью, удивленная Изабелла не обнаружила рядом Марселу. Не было его ни в гостиной, ни на кухне. Дом погрузился во тьму и мрачную тишину. Изабелла ничего на свете не боялась, но даже ей стало не по себе.
Марселу вернулся примерно через полчаса и тихо прокрался в спальню.
— Как, ты не спишь, дорогая? — он как будто был застигнут врасплох и неумело оправдывался: — Бессонница измучила. Долго бродил по дому, пробовал читать.
Изабелла, пристально вглядываясь в него, заметила, что она обошла весь дом, все его уголки и никого не нашла.
— Я долго гулял в саду, детка. А сейчас выпью таблетку и постараюсь уснуть, — Марселу говорил с ней как с ребенком, отыскивая в ящике стола снотворное.
Вся эта история с ночными прогулками в саду показалась Изабелле очень подозрительной. Да и Марселу был какой-то озабоченный, хотя явно скрывал это. Он ненавидел лекарства и никогда не принимал таблеток. Ее ревнивое воображение тут же придумало тайное свидание с кухаркой. Но Изабелла была слишком здравомыслящей. Нет, все что угодно, только не измена. Через полчаса она уже крепко спала, прижавшись к Марселу.
Ирена обедала со своим приятелем Сандру в пиццерии «Ла Мамма», когда вернулась с похорон заплаканная Ана. Тогда Сандру и рассказал Ирене новость. Мать Китерии, которую несколько лет считали парализованной, вдруг встала с кресла и заговорила. Зачем она притворялась, никто не может понять. Потом со старушкой случилось несчастье — она упала и расшиблась. Ана с Розанжелой нашли ее на полу в луже крови. Бедная Розанжела так напугалась, что заболела после этого.
— А сколько лет было старушке? — поинтересовалась Ирена.
— Она с девятнадцатого года. Я сегодня заказывала табличку на памятник, — отвечала Ана.
— С девятнадцатого года? Значит, она — Коза, — невольно вскрикнула Ирена, словно ее озарила догадка.
Ана даже обиделась: как можно называть почтенную женщину козой. Ирена объяснила ей, что это один из знаков китайского гороскопа. Подумала и решила сказать все:
— Мне кажется, дона Ана, Ивети умерла не от несчастного случая. Ее убили. Она первая в списке.
Ана перекрестилась и посмотрела на Ирену с ужасом. Ее взгляд был красноречивей слов: у этой девицы не все в порядке с головой. Кому понадобилось убивать тихую, больную старушку?
— Помните, как разволновалась Ивети, когда увидела Жулию? Все это связано — мой отец, Жулия, Ивети. Вот он список, посмотрите. Их всех убил один и тот же человек.
