Я встряхиваю головой, смеюсь. Ну правда же, всё это нелепо! Я скоро проснусь, пойду к Макси, и мы будем резаться в компьютерные игры, играть в футбик или, притворившись зомби, пугать малышню.
Кто-то подходит к нашей задней двери. Ага, это Луиза. В руке у неё футляр для скрипки. Я спускаюсь, открываю.
– Я первая?
– Да.
– Его точно можно собирать? Не опасно? Уверен?
– Уверен.
Она открывает футляр и кладёт руки Джорджа на стол рядом с чайником и банкой джема. Мы молча смотрим на эти руки.
– Я не могла заснуть.
– Я тоже.
Макси и Билли приходят вместе, у каждого – своя ноша.
Все дрожат, всем мерещились кошмары. И всем не терпится начать сборку.
– Прямо здесь? – говорит Билли.
– Наверху, – говорю я. – Вдруг кто-нибудь придёт.
Я запираю кухонную дверь. Мы поднимаемся ко мне в комнату.
Луиза несёт руки. Билли и Макси достают из сумок ноги и туловище.
Мы раскладываем всё это на кровати. Получается фигура. Я вытаскиваю голову, прикладываю шею к туловищу.
Макси нервно хихикает.
– Мы делаем робота! – От смеха он с трудом выговаривает слова.
– У кого есть пошаговые инструкции? – говорит Билли.
Тут уж все прыскают со смеху, как маленькие.
В конце концов мы успокаиваемся. Проверяем, какая нога левая, какая правая, какая рука левая, какая правая. Луиза заглядывает в отверстие в туловище для левой руки. Вытаскивает провода из верхней части руки. Находит соединения и вставляет провода на место. Затем она завинчивает руку – щёлк! – и конечность встаёт на место. То же самое Луиза проделывает с правой рукой.
Билли и Макси берутся за ноги: подсоединяют провода и ввинчивают каждый свою ногу – до щелчка.
Я беру голову. Вытаскиваю провода из шеи и подключаю их к проводам, идущим из отверстия в туловище, слот за слотом, никаких проблем. Я толкаю голову вниз, но она не входит в пазы. Пробую ещё раз. Держу голову обеими руками, толкаю, кручу… Щёлк! Голова на месте!
Мы выпрямляемся и глядим на него сверху вниз. Ни вдохнуть, ни выдохнуть. Друг на друга мы не смотрим.
– Что теперь? – шепчет Макси.
Я беру монету в пять пенсов и показываю, как снимается ухо. Потом показываю, как хвост зарядки подсоединяется в слот в голове Джорджа, и вставляю вилку в розетку на стене.
– А вдруг он сделает что-то ужасное? – говорит Луиза.
– Не сделает, – бурчит Билли.
– Откуда нам знать?
Мы замираем. Мы ничего не знаем.
– А вдруг он окажется монстром? – говорю я.
Ответа ни у кого нет.
– Есть только один способ выяснить, – говорит Макси.
Он наклоняется и включает кнопку на зарядном устройстве.
Мы отступаем подальше. Просто смотрим. Говорить не можем.
Раздаётся знакомое тихое жужжание.
– Слышите? – шепчу я.
Наклоняемся над кроватью.
– Адская машина, – говорит Макси.
Он наклоняется и дотрагивается до груди Джорджа.
– Что-то происходит, – говорит он.
Мы ждём.
– И долго он должен заряжаться? – бурчит Билли.
Откуда нам знать?
Джордж просто лежит неподвижно, с закрытыми глазами.
– Может, он как компьютер? – говорит Луиза. – Может, он и не полностью заряженный будет работать?
– Пульты принесли? – шепчу я.
Я беру свой пульт и направляю на Джорджа. Рука у меня дрожит.
Я щёлкаю. Ещё раз.
Никакого результата.
– Ему другой пульт нужен, родной, – говорит Макси. – Как пить дать. Жаль, Билли пульт заодно у них не стибрил.
Билли вытаскивает из кармана свой пульт, наставляет на Джорджа, щёлкает. Ещё раз. Ещё.
– Мёртвому припарки, – говорит он.
Луиза нашаривает в футляре для скрипки свой пульт.
– Родители недавно купили, он универсальный. Сто́ит целое состояние. Включает всё: телики, компьютеры, проигрыватели.
Луиза наставляет пульт на Джорджа и щёлкает. Без толку. Она пожимает плечами.
– Значит, он не для роботов.
Макси пробует свой пульт. Ничего не происходит.
– Всё-таки надо, чтобы он полностью зарядился, – говорю я.
Билли смеётся.
– Ага, получим заряженного робота, который будет весь день валяться в постели.
– Как мой дядя Джо, – говорит Макси.
Внезапно вся эта затея кажется просто глупой. Мы уже не трепещем и не боимся.
– Какой смысл его спасать, если он не включается? – говорит Макси. – Разве это спасение?
– Они хотели его нутро на запчасти разобрать, – напоминает Луиза. – И пустого в музее выставить. От этого мы его и спасаем.
– Не оставлять же его этому гаду Мроку! – добавляет Макси.
Тут не поспоришь.
– А если нас в тюрьму упекут? – говорю я.
– Только это не воровство, – говорит Луиза. – Как называется, когда человека крадут? То есть почти человека…
– Похищение, – говорю я. – Вообще-то это настоящее преступление, почище воровства. Сядем на много лет.
– Билли за всех сядет, – смеётся Макси. – Кто его украл-то?
– Да они сами болваны, – говорит Билли. – Фоткались-фоткались и всё прохлопали. Я просто открыл ящик и утащил Джорджа в сарай. Раз – и нету. Они и не заметили.
– Вообще мы делаем это для Джорджа, – говорит Луиза. – Ведь нечестно кого-то оживить, а потом просто выключить, словно он никто. Согласны?
Я киваю:
– Угу. Смахивает на убийство.
– Точняк! – говорит Билли. – Убийство! Это их надо в тюрьму засадить.
– А мы, – добавляю я, – делаем это, чтобы он мог…
– Жить! – говорит Макси.
