Не знаю, сколько я просидела в этом сером, живом помещении. Часы? Дни? Вечность? Воздух здесь, будто был пропитан смертью, кровью и безысходностью. Тяжёлый. Липкий. Этот воздух ужасно давил на сознание. Каждую свободную секунду, когда не было паники, я думала над Его словами. Что-то не сходилось. Ведь едва ли не ежеминутно в этот мир, в Его царство внутри Него, прибывают всё новые и новые души, тела. Зачем ему я? Почему я особенная? И, кстати, о телах. Ведь здесь, в Его царстве – внутри Его физического тела, куда, как я поняла, попадают все сожранные им души. Почему тогда я смогла ощутить Его пытку, словно у меня было тело? Но нет, минуту назад я убедилась в обратном, пропустив свою ладонь через живот – я бестелесна. Над всем этим я думала десятки часов. Не хотелось есть, не хотелось пить и спать. Мне не нужна была даже оболочка для существования. Да и душа моя, как Он сказал, была нужна лишь Ему для каких-то игрищ. Это обязывало играть по Его правилам. По правилам Бога.
Сколько ещё прошло времени, прежде чем я услышала звук отпирающегося ржавого замка? Мне показалось, целая вечность. Дверь открылась, впуская ещё больше темноты. И ужаса. До жути мерзкое создание вошло в мою клетку. С хвостом. Козьей головой. Лапами льва. И человеческими руками. Оно схватило цепь, прикреплённую к невидимым кандалам на моих запястьях, и потянуло в неизвестном мне направлении. Ещё одна вещь, над которой у меня было время подумать по пути к Нему: зачем духу кандалы? В этом мире всё вверх-дном. Боги. Демоны. Души с телами. Почему-то это заставило меня изобразить вымученную улыбку на своём прозрачном лице. С мерзким созданием мы поднимались по разрушенной лестнице, которая не особо выделялась из общего фурнитура в стиле "кровь-кости". Да и отвращение с рвотным рефлексом у меня куда-то исчезли. Адаптация – дело несложное для тех, кто жил в Яме. Пока цепь гремела из-за моих движений, я успела осмотреться вокруг: всё те же стены из костей и плоти. Всё та же расчленёнка. Черно-красные тона. Завывает страшный звук. От которого продрогнут даже мёртвые. Наверное, это и были их голоса. Души, страдающие в этом месте. Они бесконечно просили прощения за свои проступки и преступления. Все как один их голоса сливались в один вибрирующий, всепроникающий звук, который так и останется не услышанный никем, кроме Него и Его подчиненных.
Я не заметила, как мы остановились с козло-львом. А зря. Я исследовала стены, двери. И когда решила перейти к другому объекту изучения, встретилась взглядом с Ним. Он сидел на своём троне из костей. Теперь он не пылал зелёным огнём. Простые две темные бездны покоились на Его лице, там, где должны быть глаза. Синий огонь продолжал мирно мерцать на голове, словно корона. А длинные, синеватые пальцы были переплетены между собой. Наверное, так и выглядит абсолютное Зло. Не яростное. Не кричащее. Спокойное. Уверенное. Всепоглощающее. Под этим взглядом можно прогнуться. Стать цепным псом. Что, собственно, со мной и происходит сейчас.
Я привел пленницу, мой Господин, – козло-лев склонился в почтительном поклоне, боясь посмотреть своему повелителю в глаза. Верное решение.
Ступай, – Он лениво повёл рукой, отпуская демона.
Подождав, пока массивная дверь закроется, отрезая меня от мира и от существа, что меня сюда привело, Он позвал меня. На этот раз тихим, но вкрадчивым голосом. Голосом, от которого мой живот скрутился в одну большую спираль, а по телу пробежал озноб. Я повиновалась. Сделала шаг вперёд.
Как спалось на костях и телах смертных? – грубый оскал лезвий показался на Его лице. Его голос был полон насмешки.
Да, у тебя было время попрактиковаться в чувстве юмора. – Мне удалось выдавить из себя слова. Сарказм. Моя последняя защита.
Железный ошейник, появившийся из ниоткуда и надетый на мою шею, тут же сузился, перекрывая мне доступ к кислороду. Холодный, неестественно холодный металл впивался в кожу, оставляя на ней, как я