— Я — тот кто стоял во главе твоих предков и закладывал наши традиции! С последними, правда, явно дал маху… Да и вообще, ты совсем ума лишился или болотной тины хлебнул? Кто будет загонять этих воинов на фермы и в болото? Лично ты?! Или предлагаешь мне потратить на это те жалкие остатки силы, что еще остались после боя?! О, боги…
Несмотря на то, что хозяин Серебряной Долины был собакой, фейспалм у него получился очень даже человеческим. И скулящие нотки в голосе лишь придали выразительности выражению стыда за чужую глупость.
— Да и чего такого смогут узнать в большом мире о Серебряной Долине, чего уже не знают? Сам же сказал, эльфов вел Иев, сын Марика. Пусть эта мразь была убийцей и маньяком, но он почти пять лет готовился сменить своего отца на посту распорядителя припасов и знал о нашем доме наверняка больше, чем ты.
— Да, действительно, где та армия, которая могла бы заставить нас осесть в Серебряной Долине и больше никогда её не покидать? — Скептически хмыкнул Борекс. — Почему здесь нет ваших солдат? Бой вроде бы закончился достаточно давно.
— Потому что наши стражи выродились в никчемные куски дерьма, годные лишь швыряться магией со Стены, да под прикрытием иллюзий тыкать копьями в спину очередным героям, пришедшим за моей башкой! — сказал как сплюнул волшебный пес. — Жалкие ничтожества… Впрочем, как и многие другие обитатели моего дома... Дома, который за последний век стал практически тюрьмой. Но ничего, теперь я это исправлю. Я многое исправлю. Давно пора было встряхнуть Долину как следует.
— Нет! Совет тебе не позволит! — Возразил ему местный полугоблин.
— Совет мертв весь или почти весь! — Рявкнул волшебный пес. — И очень жаль, что остался от него ты, а не кто-то более достойный!
— Мы соберем новый Совет! Тебе не позволят снова взять все на себя! — Заорал на своего как бы бога полугоблин. — Ты больше не правишь! Тебе запретили баламутить Долину! Я не допущу, чтобы..
В одно мгновение голова волшебного пса увеличилась во всех направлениях одновременно, став ну очень-очень непропорционально огромной по отношению к телу. И навалилась сверху вниз на нашего проводника, видимо бывшего раньше какой-то крупной шишкой в местном обществе. Полугоблин даже вскрикнуть не успел, прежде чем целиком и полностью исчезнуть в зубастой пасти, принявшейся его сосредоточенно пережевывать. Лишь маленький кровавый ручеек просочился между огромных клыков на пол… впрочем и без того изрядно залитый кровью павших в сражении.
— Давно надо было это сделать, — тяжело вздохнул правитель Серебряной Долины, после того как сглотнул и ужался к своим обычным габаритам. — Но в молодости он был таким хорошим мальчиком… А бабка его так и вовсе была исключительной ведьмой, пирокинетик уровня магистра, да и с землей неплохо работала... Нет, с этой изоляцией действительно пора кончать! Первые лет сто пятьдесят она была оправдана, но теперь от неё один только вред. Народ вырождается, чем дальше, тем больше!
— Кажется, теперь я понимаю, почему тебя считали демоном, — хмыкнул Борекс, с трудом разжимая пальцы на рукоятке своего меча. Да и остальные представители нашего отряда, резко бросившиеся заниматься мародерством, крайне неохотно выпускали оружие... Кроме нас с Синицыным. Мы за него схватиться даже не успели.
— А я и есть демон... Во всяком случае, мое тело где-то на восемь десятых является одним из лордов нижних миров. — Усмехнулся окровавленными клыками гигантский пес, кажется, действительно имеющий много общего с некоторыми обитателями преисподней. С Цербером там например... — Когда мой создатель убил этого монстра, то не дал его трупу бесполезно сгнить, а слил с тем единственным существом, которому он полностью доверял! И я, Кас-Карн, сделаю все, чтобы быть достойным памяти того великого человека, которого считаю своим отцом!
Сергей Синицын.
— …пришло время забыть старые обиды и вместе выступить против общего врага!
Голос вещавшего с трибуны Борекса доносился до меня словно сквозь вату. Возможно из-за усталости, возможно и сам оратор был не в ударе — в конце концов, это была уже четвертая и, как мы все надеялись, последняя остановка нашего "пропагандистского" тура по дороге домой. В любом случае, Блинов был совершенно прав, когда пихнул меня локтем в бок — засыпать на таком представительном сборище было бы совсем некстати.
— Серег, да ты чего?! — озабоченно прошептал Анатолий. — От самой Долины ходишь, как зомби несвежий. Тебя там точно каким-нибудь проклятьем не шандархнуло?
— Ну, саркофаг вроде ничего не показал, — вздохнул я.
Собственно, этот самый артефакт — один из немногих реликтов уцелевшей имперской маготехники — и был для меня одним из самых больших разочарований. Ну только представьте себе — вот вы, рискуя жизнью на каждом шагу, прорвались через тысячу и одну преграду к источнику вечной красоты и молодости… ну ли хотя бы здоровья и долголетия… а тебе человеческим голосом и говорят: "обломись, мужик!"