Не все происшествия будут столь же безобидны, как случай с батонами, или так же благополучны, как история с мужчиной, приземлившимся на ноги, а не на голову. Вполне может случиться так, что простой ушиб обернется переломом костей или свернутой шеей. Смертельная вражда вспыхнет из-за слов, которые явятся неожиданностью для самого говорящего. Женщины решат подсыпать отраву мужьям, мстя мужьям за мелкие обиды, которые они снисходительно прощали им многие годы. О, или какой-нибудь малый отроет в собственном погребе полупрогнивший мешок, набитый золотом, хотя сам он не возьмется объяснить, что это ему стукнуло в голову заняться раскопками. Или влюбленный попросит руки и получит согласие от женщины, к которой ему никогда не доставало смелости даже приблизиться. Скольким людям повезет, столько же встретят неудачу. Мин называла это балансом. Добро, чтобы восполнить причиненное зло. Ранду всегда казалось, что как раз зло уравновешивает добро, а не наоборот. Нужно поскорее покончить с делами в Тире и убираться из города. О том, чтобы галопом нестись по заполненным народом улицам, речи быть не могло, но Ранд все же пришпорил своего вороного, так что Девам пришлось перейти на бег.
Цель путешествия возникла перед ними задолго до въезда в город – в небе над Тиром господствовала каменная громадина, напоминающая голый холм с отвесными склонами и протянувшаяся от реки Эринин до самого центра города, покрывая площадь в восемь, а то и в девять марчей, то есть с добрую квадратную милю. Твердыня Тира – древнейшая крепость человечества, самое старое сооружение в мире, созданное с помощью Единой Силы еще в последние дни Разлома Мира. Монолитный камень, без единого стыка, хотя больше чем за три тысячи лет гладкая поверхность его огрубела под воздействием дождей и ветра. Первая парапетная стена с бойницами находилась на высоте сотни шагов над землей, хотя ниже было проделано множество амбразур для лучников, каменных стоков для того, чтобы поливать нападающих кипящим маслом или расплавленным свинцом. Никакие осадные маневры не могли отрезать Твердыню от поставок провианта благодаря наличию собственных, обнесенных стенами доков, и, помимо этого, в крепости располагались собственные кузницы и мастерские, которые в случае нехватки оружия в арсеналах могли произвести или починить оное.
Над самой высокой башней, воздвигнутой в самом центре Твердыни, реяло знамя Тира – поле наполовину красное, наполовину золотое, и на нем три серебряных полумесяца наискосок, причем полотнище было таким огромным, что различить его не составляло труда, даже когда оно сминалось при сильном ветре. А ветер должен быть действительно сильным, чтобы пошевелить такую махину. На башнях пониже развевались его уменьшенные копии, но тут присутствовал еще и другой стяг – древний черно-белый символ Айз Седай на красном поле. Знамя Света. Некоторые называли его знаменем Дракона, словно другого флага, носившего такое же имя, не существовало. Значит, благородный лорд Дарлин демонстрирует свою верность. Замечательно.
Аланна сейчас там, внутри. А вот хорошо это или плохо – выяснится позже. Ранд ощущал ее не так отчетливо, с тех пор как Илэйн, Мин и Авиенда одновременно связали его узами. Каким-то образом им удалось отодвинуть ее на второй план, и сама Аланна признавала, что теперь ощущает только присутствие Ранда, едва ли более. И все же она оставалась – комочек эмоций и физических ощущений, запрятанный в глубине его сознания. Он давно не оказывался так близко к ней, чтобы иметь возможность понять чувства, свернутые в этом комке. И вновь узы, связывающие Аланну и Ранда, ощущались как что-то чужеродное, как нечто стремящееся присвоить себе те, что связывали его с Мин, Илэйн и Авиендой. Аланна устала, словно мало спала в последние дни, расстроена, и настроение у нее явно не лучшее, она определенно злится. Не складываются переговоры? Скоро он это выяснит. Она, вне всяких сомнений, чувствует, что Ранд в городе, что он приближается, но вряд ли что-нибудь еще. Мин не раз пробовала научить Ранда уловке, которую называла маскировкой и которая, как предполагается, даст ему возможность укрыться от уз, но у него никак не получалось сделать так, чтобы она сработала. Правда, девушке пришлось признаться, что ей самой такой фокус никогда не удавался.
