– Мэт, им это не понравится. Но по домам они не отправятся. И ты отлично это знаешь. Ты уже придумал, как нам выбраться из Алтары?
– Как раз думаю над этим. Еще пока думаю, – пробормотал Игрушка. – Эти арбалетчики… – Он тяжело вздохнул. – Не самая удачная мысль, Талманес. С одной стороны, они все привыкли ходить пешком. Так что добрая половина из них будет тратить массу усилий, чтобы удержаться в седле, когда мы будем ехать быстро. А нам, судя по всему, придется. Они могут оказаться полезны, если для них есть какое-никакое укрытие, например, в таком лесу, как этот. Но на открытой местности, без копий – их сомнут прежде, чем они успеют выстрелить дважды.
Где-то вдалеке прорычал лев. Рык донесся издали, но лошади все же занервничали, испуганно заржали и принялись обеспокоенно пританцовывать. Игрушка склонился к шее своего мерина и что-то тихонько шепнул ему на ухо. Животное тут же успокоилось. Ага. Значит, это не очередная сказка. Примечательно.
– Мэт, я отбирал тех, кто чувствует себя в седле уверенно, – ответил Талманес, как только его гнедой перестал приплясывать. – И у них у всех есть новый натяжной механизм. – В его голосе появились восторженные нотки. Даже самые суровые мужчины с особой нежностью говорят про оружие. – Всего три поворота ворота, – он сделал быстрое вращательное движение рукой, словно показывая, как это делается, – и тетива натянута. Пару раз потренировавшись, ребята уже в состоянии выпустить семь или восемь стрел за минуту. Из тяжелого арбалета.
Селусия поперхнулась. Неудивительно, что ее так поразило сказанное. Если Талманес говорит правду, а у него едва ли есть причины лгать – по крайней мере, по мнению Туон, – то им с Селусией просто необходимо заполучить такой чудесный механизм. Взяв его за образец, оружейники сумеют изготовить еще. Лучники стреляют быстрее арбалетчиков, но перед этим их очень долго нужно обучать. Поэтому арбалетчиков всегда больше лучников.
– Семь? – недоверчиво переспросил Игрушка. – Вот это было бы действительно замечательно, но я о таком никогда не слышал. Никогда. – Он пробормотал это, будто в этих словах был какой-то особенный смысл, а потом тряхнул головой. – Где ты их взял?
– Семь или восемь. В Муранди нашелся один механик, который хотел доставить целый фургон всяких штуковин в Кэймлин. Там есть какая-то школа для ученых и изобретателей. У него не было денег на дорогу, и он изъявил желание обучить оружейников из Отряда делать такие штуки. При любой возможности лучше поливать неприятеля ливнями стрел и арбалетных болтов. Лучше убивать врагов издалека, а не в рукопашной.
Селусия подняла руки так, чтобы Туон могла их видеть, и ее тонкие пальцы проворно задвигались. О КАКОМ ОТРЯДЕ ИДЕТ РЕЧЬ? Она использовала положенную форму обращения от нижестоящей к вышестоящей, но нетерпение сквозило в каждом жесте. У Туон практически не было от нее секретов, а те, что все же были, разумнее пока сохранять в тайне. Она вовсе не удивится, если Селусия силком вернет ее обратно в Эбу Дар, так что не стоит нарушать данного слова. Слишком много тайных обязательств, и ради главной цели порой требуется чем-нибудь жертвовать. Туон очень не хотелось бы приговаривать Селусию к казни.
Она ответила в повелительной форме. ВИДИМО, ЭТО ЛИЧНАЯ АРМИЯ ИГРУШКИ. СЛУШАЙ, И МЫ СМОЖЕМ УЗНАТЬ БОЛЬШЕ.
Игрушка, командующий армией, – нелепость какая-то. Временами он очарователен, иногда даже остроумен и забавен, но чаще всего – настоящий шут и плут. В основном он вел себя словно домашнее животное Тайлин. Однако среди артистов труппы он проявил некоторые другие черты своего характера, а также с марат’дамани и двумя беглыми дамани и еще в притоне. Последнее оказалось сплошным разочарованием. Ни единой драки! Правда, то, что случилось позже, все же немного подняло настроение. Однако поучаствовать в драке на улице – не то же самое, что наблюдать за потасовкой в притоне. В общем, все оказалось куда скучнее, чем то, что Туон ожидала, наслушавшись сплетен в Эбу Дар. Так вот в той уличной драке Игрушка показал себя с неожиданной стороны. Как сильный мужчина, у которого есть свои слабости. И почему-то Туон это находила странно привлекательным.
– Хороший совет, – заметил Игрушка с отсутствующим видом и поправил свой черный шарф, обмотанный вокруг шеи.
Интересно, что это за шрам, который он так упорно прячет. Ну, сам факт того, что он его скрывает, представляется вполне естественным. Однако за что его пытались повесить и как он выжил? Она не могла его спросить. Она вовсе не прочь вынудить его чуток опустить глаза – на самом деле даже забавно наблюдать за его мучениями, тем более что вызвать их проще простого, – но у Туон не было желания втаптывать в грязь его самолюбие. По крайней мере, не сейчас.
– А ты не узнал? – удивился Талманес. – Это из твоей книги. У короля Роэдрана в библиотеке есть два экземпляра. Он вызубрил ее от корки до корки. И думает, будто так он станет великим военачальником. Он был так доволен исходом нашей сделки, что на радостях приказал напечатать и переплести один экземпляр для меня.
