– Мне приятно наблюдать, как ты грациозен на своей вершине, – промолвила она, растягивая слова.
Мэт моргнул. На вершине? Он торчит верхом на Типуне посреди этой проклятой дороги, ветер пронизывает до костей, словно зима забыла, что уже наступила весна. Так при чем здесь вершина?
– Будь осторожен с Джолин, – неожиданно заговорила Теслин. – Она… ведет себя как ребенок… в какой-то степени… А ты восхищаешь ее, словно новая блестящая игрушка. Она вознамерилась связать тебя узами и пытается придумать, как тебя убедить. И она может сделать так, что ты даже не заметишь, как согласишься.
Он открыл было рот, чтобы сказать, что у Джолин нет ни малейшего распроклятого шанса провернуть такой фокус, однако его опередила Туон.
– Она не получит его, – выпалила темнокожая девушка. Переведя дыхание, она продолжила удивленным тоном: – Игрушка принадлежит мне. До тех пор, пока мне не надоест. Но даже после этого я не отдам его марат’дамани. Понятно, Тесси? Передай это Рози. Именно так я решила ее назвать. Об этом тоже можешь ей сказать.
Резкие порывы ветра, возможно, и не беспокоили Теслин, однако она вздрогнула, услышав свою бывшую кличку дамани. От спокойствия Айз Седай не осталось и следа, женщина прямо кипела от гнева:
– Что мне понятно, так это то…
– Прекратите! – оборвал эту перепалку Мэт. – Причем обе. У меня нет ни малейшего желания выслушивать, как вы стараетесь уколоть друг друга побольнее.
Теслин воззрилась на него, ее глаза в лунном свете пылали негодованием.
– О-о-о, Игрушка, – оживленно заметила Туон, – какие мы сегодня властные!
Она склонилась к Селусии и что-то зашептала. Это вызвало у пышногрудой горничной взрыв дикого хохота.
Ссутулившись и поплотнее закутавшись в плащ, Мэт оперся на высокую переднюю луку седла и принялся высматривать в темноте Ванина. Женщины! Он готов обменять свою удачу – ладно, только половину – на умение понимать женщин.
– Чего ты хочешь добиться этими набегами и засадами? – уже в который раз спросила Теслин. – Шончан просто отправят побольше солдат тебе вдогонку.
Они с Джолин – Эдесина тоже, но не так настойчиво – постоянно пытались сунуть нос в его замысел, когда он составлял план. В конце концов ему пришлось их прогнать. Айз Седай считают, будто знают все на свете! Джолин хотя бы имела какое-то представление о военном деле, однако в ее советах Мэт не нуждался. Советы Айз Седай больше похожи на приказы, уж очень им нравится другими руководить. Однако на сей раз он решил все же ответить на вопрос.
– Я и рассчитываю, что они отправят к нам как можно больше солдат, Теслин, – пояснил Мэт, продолжая всматриваться в темноту и ожидая Ванина. – Вообще-то, у них в Молвайнском ущелье стоит целая армия. Причем большая. И скорее всего, против нас они используют именно ее. Судя по тем сведениям, что добыли Том с Джуилином, это войско нацелено на Иллиан. На мой взгляд, армия в ущелье призвана защищать от нападения со стороны Муранди или Андора. Но для нас они – словно пробка в бутылке. Я намереваюсь выдернуть эту пробку, чтобы мы смогли спокойно пройти.
Наступила тишина, и спустя несколько мгновений Мэт все-таки решил обернуться. Все три женщины молча смотрели на него. Он пожалел, что не хватает света, чтобы разглядеть выражения их лиц. Проклятье, ну и что они уставились? Он вернулся к высматриванию Ванина, но продолжал чувствовать их взгляды спиной.
Судя по тому, насколько переместился по небосклону толстый месяц, прошло около двух часов, а пронизывающий до костей ветер все крепчал. Если так и дальше пойдет, то ночь скоро превратится из прохладной в холодную. Время от времени Мэт пытался убедить женщин укрыться среди деревьев, однако они упрямо отказывались. Ему самому необходимо было оставаться на дороге – нужно встретить Ванина тихо, а не окликать его издалека, ведь копейщики могут оказаться прямо у него за спиной или даже ближе, если их командир совсем глуп, – однако женщинам вовсе не обязательно тут торчать. Мэт подозревал, что Теслин упрямится только потому, что упорствуют Туон и Селусия. Это глупо, но ничего не поделаешь. Однако непонятно, почему сама Туон не хочет убраться подальше от ветра. Разве что ей нравится слушать, как он хрипло ругается себе под нос.
Наконец ветер донес стук копыт, и Мэт выпрямился в седле. Мышастый конь Ванина вырвался из мрака ночи. Вид этого грузного мужчины, сидящего верхом на лошади, всегда производил неизгладимое впечатление.
Натянув поводья, Ванин сплюнул сквозь щель между передними зубами:
– Они примерно в миле позади меня. Однако их где-то на тысячу больше, чем было утром. Не знаю, кто у них там главный, но свое дело он знает. Они дышат мне в спину, но и лошадей при этом не загоняют до полусмерти.
– Если их в два раза больше, чем нас, – встряла Теслин, – то, может, ты все-таки передумаешь…
– Я не собираюсь встречать их стенка на стенку! – огрызнулся Мэт. – Я не могу позволить, чтобы четыре тысячи конных копейщиков вот так просто шастали по округе! Нам пора к Мандеввину.
