– Отличное оружие эти ваши луки, – заявила она, растягивая слова и поглядывая на двуреченцев. – Мне бы хотелось, чтобы и у нас были такие. Кирклин сообщил мне, где вас найти, милорд. Шайдо начали сдаваться. Люди Масимы держались до последнего, полагаю, бо`льшая их часть уже погибла или умирает. Дамани превратили ту гряду в смертельную ловушку, в которую лишь сумасшедший решится сунуться. И что самое главное, сул’дам уже надели ай’дам примерно на две сотни женщин. От этого вашего «холодного чая» большинство не в состоянии даже стоять без посторонней помощи. Мне придется послать за
Сдавленное рычание вырвалось из горла Сеонид. Ее лицо оставалось невозмутимым, но в запахе ее сквозила острая, как кинжал, ярость. Она так неистово смотрела на Тайли, словно вознамерилась прожечь в ней дыру. Тайли не обратила на Айз Седай ни малейшего внимания, разве что слегка покачала головой.
– Это уже после того, как я со своими людьми уйду отсюда, – сказал Перрин. Соглашение он заключал с ней. Не хочется рисковать и проверять, останется ли оно в силе с кем-то другим. – Каковы наши потери, не считая людей Масимы?
– Свет! – воскликнула Тайли. – Оказавшись между вашими стрелками и дамани, Шайдо даже не смогли подобраться поближе. Что-то не припомню, чтобы еще какой-нибудь план битвы осуществлялся так же гладко. Если мы потеряли хотя бы сотню, я буду сильно удивлена.
Перрин поморщился. Действительно, в сложившихся обстоятельствах это и правда небольшие потери, однако среди погибших могут оказаться двуреченцы. И не важно, знает он их лично или нет, отвечать за них придется ему.
– Не знаете, где Масима?
– Он сейчас вместе с тем, что осталось от его армии. Должна признать, он совсем не трус. Он и его две сотни – хотя теперь уже, наверное, одна – прорубили себе путь через Шайдо к гряде.
Перрин сжал зубы. Значит, с Масимой все в порядке и он все так же окружен своими оборванцами. Совершенно понятно, к кому прислушаются прихвостни Масимы: слово Перрина против слова их предводителя о причинах неожиданного нападения Айрама. В любом случае вряд ли этот сброд выдаст своего вождя для суда.
– Нам пора выдвигаться, пока сюда не нагрянули остальные. Если Шайдо поймут, что подкрепление уже близко, они могут забыть о сдаче. Кто ваша пленница?
– Севанна, – холодно ответила Фэйли. От нее пахло ненавистью так же сильно, как тогда, когда она говорила о Галине.
Златовласая женщина выгнулась и стряхнула волосы с лица, потеряв при этом еще парочку ожерелий. Ее глаза, неотрывно смотревшие на Фэйли, напоминали два зеленых угля. Кляп из тряпок затыкал рот пленнице. От нее прямо-таки несло гневом.
– Севанна из Джумай Шайдо. – В голосе Тайли слышалось удовлетворение. – Она гордо сообщила это мне. Эта дамочка тоже не овечка. На ней был только шелковый халат и украшения, а она исхитрилась проткнуть копьем двоих моих алтарцев, прежде чем мне удалось его отобрать.
Севанна злобно зарычала сквозь кляп и принялась брыкаться, словно хотела свалиться с коня. Так продолжалось до тех пор, пока Тайли не шлепнула ее по заду. После этого женщина успокоилась и только лишь жгла взглядом присутствующих. У нее были весьма привлекательные формы, однако Перрин решил, что не следует замечать подобные вещи в присутствии жены. Правда, Илайас утверждает, что жена все равно будет ждать от него такой реакции, поэтому Перрин продолжил изучать завлекательные округлости без особого стеснения.
– Я заявляю права на содержимое ее палатки, – отчеканила Фэйли, метнув на Перрина колкий взгляд. Ну, быть может, не стоило совсем уж забывать о стеснении. – У нее там огромный сундук с драгоценностями, и я желаю получить его. И не надо смотреть на меня как полоумный, Перрин. Нам предстоит накормить, одеть и вернуть домой сотню тысяч людей. Самое меньшее, сотню тысяч.
– Я буду счастлив отправиться с вами, миледи, если, конечно, вы возьмете меня, – вскинулся парень, который вначале нес на руках Майгдин. – И уверен, я буду не один.
– Как я понимаю, милорд, это ваша жена? – осведомилась Тайли, окинув Фэйли взглядом.
– Да, это она. Фэйли, позволь представить тебе знаменного генерала Тайли Хирган, на службе императрицы Шончан, – сказал Перрин. Та-ак, судя по всему, пресловутый лоск прилепился и к нему. – Знаменный генерал, это – моя жена, леди Фэйли ни Башир т’Айбара.
Тайли, не слезая с седла, поклонилась. Фэйли сделала небольшой реверанс, слегка склонив голову. Несмотря на чумазое лицо, выглядела она величественно. Это навело Перрина на мысль о Сломанной короне. Видимо, дискуссии на эту несущественную тему ждут его позже. И в том, что эти дискуссии будут весьма продолжительными, сомневаться не приходится. И на сей раз ему будет совсем не сложно повысить голос так, как Фэйли хотелось.
– А это – Аллиандре Марита Кигарин, королева Гэалдана, благословленная Светом, защитница Гареновой Стены. И мой вассал. Гэалдан находится под моей защитой. – Глупо, конечно, так заявлять, но нужно было это сказать.
