Научные описания на самом деле не настолько достоверны, чтобы однозначно судить по ним о духе былых времён, оставляя без внимания житийно-летописную литературу. Схематически приземлённые картины прошлого нередко лишают эти события логики и смысла, тогда как жития святых чаще подчёркивают связи исторических следствий с их духовно-нравственными причинами. С потерей духа из тела уходит жизнь, и предмет истории, лишённый духовного содержания теряет свою красоту и полезность. Он не становится интересным для школьников, не волнует взрослую молодежь. В результате, народ постепенно забывает своё родство. У не помнящих родства, забывших Бога, разлюбивших Отечество, развивается порок нравственной памяти, ведущий к оскудению умов, к деградации общества. Вот, собственно, зачем мы в первой книге трилогии использовали ряд житийных текстов. Доля их в дальнейшем уменьшается. Но тон повествования остаётся прежним.
До Куликовской битвы Русь росла, формировалась из племён славянских, обретала государственность и веру, сносила бури княжеских междоусобиц, терпела иго монголов.
Запад в это время развивался и жил по своему. Варварские королевства германцев превращались в сильные государства. Первый Рим, дойдя до полного упадка, начал возрождаться, но уже не в православном качестве, и сделался центром новой европейской политики. Папы римские возглавили католическую церковь, стали величаться понтификами, словно древние жрецы, но одновременно объявили свой престол «апостольским», незаконно присвоив себе звание святых посланцев Христовых. Более того, понтифики измыслили себя «наместниками Бога» на земле и верховными владыками всех царств, после чего пустились во все тяжкие в неистовой борьбе за власть.
Римская курия (коллегия языческих жрецов), не одолевшая Христиан за три века гонений, после поражения своего сумела внедриться в церковь и захватила папский двор. От этого нравственность и сама сущность римского католицизма глубого извратились.
Ересь латинства, породившая «возрожденческую» схоластику не могла не воинствовать против истинной веры. Потому средневековый папизм сделался врагом Православия худшим, нежели ислам. А главными объектами католической агрессии в средние века становятся, уже теряющая силы Византия и её правоприемница Святая Русь.
<p>КНИГА ВТОРАЯ</p><p>ЗАКАТ ВИЗАНТИИ</p>ПРОЛОГЗавершив первую книгу рассказом о Куликовской битве, знаменовавшей начало избавления Руси от ига татаро-монголов, мы подошли к эпохе её духовного расцвета и становления Державы Московской, которой в скором времени надлежало воспринять скипетр византийских царей и достоинство Третьего Рима. Ибо Константинополь (Второй Рим) тогда уже явно клонился к упадку. События, происходившие в XIV-XV веках на Балканах и в Малой Азии, сыграли особую роль в отношении будущего России (так наша страна зовётся с XV столетия), а закат Византии, как нравственный образ истории, неизгладимо запечатлелся в памяти христианских народов.
Закат, или запад, солнца в природе предшествует наступлению тьмы. Духовный мрак также именуют «западом». Заключив унию (союз) с папским Римом, Византийская монархия изжила себя. В её недра проник мертвящий западный дух, несовместимый со светом Православия. Упадок империи ромеев наметился в XI веке; в XIII-м произошла первая катастрофа (захват Царьграда крестоносцами); в XV столетии наступил закат.
До IX века земли, расположенные западнее Эльбы и Дуная, принадлежали славянам. Балканы, Малая Азия и даже часть Италии входили в состав Византийской Империи. Греко-славянский Восток сдерживал натиск германцев и стоял на пути папской экспансии. Запад не имел объединяющего начала, но в VII веке наметилось сближение римской курии с усилившимся к тому времени королевством франков. В 800-м году это сближение вылилось в создание новой «Западной Империи», по сути - итало-германской. Первым кесарем (цезарем) католического Рима папа Лев III провозгласил франкского короля Карла Великого. Так возник агрессивный цезарепапизм, и полчища западноевропейцев (католиков) двинулись в славянские земли.
