Краем глаза увидела, что алое пятно увеличилось, обрело очертания…
Из ниши выпрыгнул Фарийский в своем алом плаще из кожи питона и с огненным мечом в руках.
– Зея, сюда!
Я бросилась к нему, почти не ощутив боли в спине, когда по ней прошлись острые когти.
– Стоять! – рыкнул Хаос.
Фарийский швырнул в него меч.
Последнее, что услышала перед тем, как маг втянул меня в портал, был звон цепи и грохот.
Мы неслись быстро, но будто сквозь кисель. Ни вдохнуть, ни выдохнуть.
Фарийский крепко держал за руку, словно сросся со мной.
«Кисель» внезапно сменился ледяным, обжигающим кожу и легкие воздухом. По глазам ударило ярким светом.
Нас выбросило из портала?! Выбросило просто в небо?
Фарийский что-то выкрикнул. Затем выругался. Понял, что заклинания здесь не работают?
Свист в ушах. Холод. Бессильными крыльями трепетали полы змеиного плаща, мельтеша у меня перед глазами. Мы падали в пропасть с Мертвой горы.
Маг дернул меня к себе, крепко обнял и каким-то образом перевернулся так, чтобы я оказалась сверху.
Пытается защитить своим телом от удара об землю? Мило. Только вряд ли поможет.
Как там в сказках? «И умерли они в один день». Красиво звучит. И я согласна, но только после «долго и счастливо»! Очень долго и очень счастливо!
Я потянулась к искорке, которую получила рядом с цепью, созданной Вечным. И мысленно завопила: «Вета-а!»
Прожигая пространство, в воздухе возникла моя метла.
– Хватайся! – крикнула магу и обвила его ногами, чтобы точно не потерять.
Так, держась друг за друга, свободными руками мы вцепились в Вету.
Метла не остановила падение, лишь сделала его плавным и отчасти контролируемым. Мне удалось направить ее в сторону. Упадем, но не на камни у подножия горы, а в лесу.
Мы летели, почти задевая верхушки высоченных деревьев, когда искорка во мне потухла.
– Все, – объявила я.
Мы рухнули.
В лицо пахнуло пряным ароматом смолы. Затем пришла боль от ударов о ветки.
Фарийский обнимал меня, пытаясь принять удар на себя.
Не помогло.
Висок справа прошило болью – и сознание, как свеча, потухло.
Алая кровь хранительницы на его черных когтях.
Никсеелис, бог Хаоса, смотрел на рдяные разводы с удивлением, будто не понимая, откуда они взялись. Он не хотел поранить ведьму, хватал, не подумав, что оцарапает.
Крохотная капля сорвалась с когтя и упала на бирюзово полыхающую цепь на его ноге.
Путы, созданные Вечным, замерцали. На долю мгновения, но он заметил.
Хаос лизнул остатки крови.
– Какая приятная неожиданность, госпожа хранительница…
Широкая ухмылка исказила тонкие серые губы, обнажая острые клыки.
Пели птицы. Радостно, беззаботно.
У меня болело все тело, будто по нему потопталось стадо диких быков. Впрочем, падение в лесу с едва летящей метлы ненамного лучше для состояния здоровья.
Жгла воткнутая в бок игла, нестерпимо ныли следы когтей и царапин о ветки. А еще дерево, на которое мы свалились, безжалостный цирюльник: проредило мне шевелюру.
Но главное – я сломала метлу… Я помню тот хруст, страшный, как предсмертный визг живого существа. Вета – часть моей силы, ведьминской сути. Она давно обрела некое подобие разума и легкий игривый характер. Это не просто палка с прутьями и забавной черепушкой в качестве набалдашника, а мой главный инвентарь, который позволял направлять силу. Жаль боевую подругу, сомневаюсь, что создам когда-нибудь нечто подобное.
– Зея, – позвал маг.
Я встрепенулась. Ужас! О состоянии здоровья Фарийского я и забыла! Ему наверняка тоже плохо, как и мне.
Распахнула глаза, стремясь поскорее его увидеть и спросить, как он.
– Не шевелись, ты разбила голову, – велел маг.
Удивительно, но он держался молодцом. Может, сделан из стали? Шутка. Просто мудрой природой задумано, что мужчина крепче женщины, которую защищает.
Не знаю, как долго я ощущала себя безропотной, безвольной куклой, которую маг всячески вертел, залечивая раны.
В потайных карманах змеиного плаща нашлось немало полезного: перевязочный материал и зелья в том числе.
– У тебя кровоточит бок, придется спустить верх платья, – предупредил Фарийский.
– Делай что хочешь, – отозвалась я вяло.
– Не спи, Зея, нельзя.
Хотелось спросить почему.
А! Я же головой неслабо приложилась.
Маг аккуратно расстегнул мое платье и спустил его до талии, благо покрой позволял.
– Есть!
Я ахнула – вытягивать иглу было почти так же больно, как и вонзать.
– Интересный блокиратор. Делал хаосит, – тихо охарактеризовал находку маг. – Будет чем заняться артефакторам Совета.
– Я рада, что предоставила им работу, – отозвалась я мрачно.
– Моя ехидная Зея возвращается. Рад, что тебе лучше.
Я прислушалась к себе: а ведь точно, разблокированный дар принялся залатывать повреждения. Вышитые на платье обереги тоже присоединились к работе. Но все же главная заслуга – это заклинания и зелья Фарийского.
– Спасибо, я почти в порядке. А ты?
– Разве не видно? – ответил вопросом на вопрос Фарийский.
– А как ты меня нашел?
– Со мной по амулету связался Димитрис и сказал, что тебя похитили.
– Искатель? – не поверила я. – Я решила, он будет молчать, раз сразу не помог!
Я так удивилась, что приподнялась на локте.
