– Ой какие мы крутые. Че, если такая крутая, хаер намутила? Наши старшие твоих старших знают. А за обман с рангом знаешь че бывает?
Я стоял рядом и молча слушал разговор, пытаясь понять, кем эти ребята друг другу приходятся, но так и не понял.
– Ты меня учить собрался? – скривилась Лена. – Сделала и сделала. А судя по тому, что адрес готов дать, цацка явно не у старших. Значит, и обман не просекут. Только если сам не скажешь.
Парень с легкой ухмылкой покачал головой и выдохнул едкий дым, начав говорить еще до того, как он весь вышел из легких:
– Уговор есть уговор. Ниче я не скажу. Ищите 35-й дом, 11-ю квартиру.
– Благодарна, – коротко кивнула Лена и призвала следовать за ней.
Я сказал спасибо парню, но он ничего не ответил, молча выпуская изо рта белое облако. Как только мы оказались на улице, я спросил у своей знакомой, с кем она только что говорила. Лена сказала: «Неважно», махнув рукой.
Тридцать пятый дом находился в паре дворов от нас. Мне все еще было довольно волнительно, но уже значительно меньше, чем в начале пути: если Лена всех тут знает так же, как этого парня, то все не так плохо. Мы продолжили свой поход.
В Степном я редко бываю на других микрорайонах – все время либо у нас, либо в центре. И вот теперь, оказавшись буквально «через дорогу» от родных с детства дворов, я с удивлением обнаружил тут в точности таких же, как и у нас, верблюда и коня. То есть вот прям один в один. Мне еще подумалось, что, возможно, где-то, вот так же, как эти бетонные животные в нашем дворе и в этом, есть и еще один я. Знает ли этот верблюд, что где-то есть его копия? И намного ли мы умнее бетонного верблюда?
– Пришли, – объявила Лена.
Этот дом оказался близнецом нашей девятиэтажки, только был выкрашен не в желтый, а в красный цвет. Мы прошли в подъезд (кодового замка здесь, как и на нашем, не было) и поднялись на лифте на четвертый этаж.
Дверь открыла женщина возраста где-то между моей мамой и бабушкой и сразу же сказала:
– Вы к Славе?
– Да, – мгновенно сообразила Лена. – Можно его увидеть?
– Конечно, моя милая, – ответила женщина и скрылась за дверью.
Через минуту на лестничную площадку вышел тот самый хриплый пацан, что забрал у меня кулон две недели назад. Причем меня он, судя по всему, не узнал:
– Приветствую. Кто такие, чем могу?
– Взаимно, – спокойно сказала Лена, – у тебя есть вещь, которая нам нужна.
– Ого как интересно, – оскалился хриплый, – это че же?
– Кулон. Золотой спящий конь. Вы его отжали на девятом полмесяца назад.
– Ну допустим, и че с того?
– С того – то, что если сейчас без выкидонов нормально нам его отдашь, тебе ничего не будет. Иначе…
– С каких это пор янки тут хозяйничают? – спросил хриплый с усмешкой и указал на пучки на голове Лены. – Ты из старших? Чет не помню тебя, старшие янок к нам на сборы приходили.
– Из них, не сомневайся. И если ты не хочешь, чтобы тебя жестко отделали в подворотне ночью, советую отдать кулон нам.
– Эй-эй, дамочка, аккуратнее на виражах. За базаром следим.
– Это ты следи, салага. Говорить научись со старшими для начала. И если сомневаешься, что я из старших, забиваю тебе стрелу. Прямо тут, у твоего дома, послезавтра. Приводи кого хочешь, я приду одна. А пока – давай кулон, и свободен.
Хриплый засмеялся. Я уже успел подумать, что разговор затягивается, как вдруг хриплый быстрым движением прижал Лену к стене и схватил за горло. В это мгновение я ощутил, как мир вокруг замедлился, и звуки стали глуше. Я слышал, как пацан ехидно спрашивает задыхающуюся Лену, что она ему сделает, но смотреть в этот момент мог только на длинный шрам на всем его предплечье от ладони до локтя. Такой же был у пацана, избившего меня в детстве, сон‐кино о котором я видел в начале лета. Наверное, если бы не эта деталь, я бы так и стоял в оцепенении. Сейчас же я чувствовал, что трусить неправильно, и нужно покончить со своей боязнью конфликтов прямо здесь, раз и навсегда, разобравшись с тем, из-за кого она появилась. Будто наблюдая себя со стороны, я резко подпрыгнул к хриплому, на ходу за долю секунды вынув из кармана и зажав в кулаке кастет, и что было силы ударил его в ухо, попутно отталкивая от Лены. Пацан явно не был сражен мощью моего выпада, но секундное замешательство сыграло нам на руку. За те пару мгновений, что хриплый ошалело смотрел на меня, вновь собираясь дернуться к Лене, моя подруга достала из кармана перочинный нож и молнией подскочила к оппоненту, прижав лезвие в его горлу.
– Ты че вытворяешь, дятел? – крикнула Лена зло. – Ты че, баклан, не понял, с кем говоришь? Быстро кулон сюда, если не хочешь реальных проблем на свою глупую жопу!
Хриплый явно не ожидал такого поворота, а потому даже не сопротивлялся, стоя на цыпочках у стенки на крючке у Лены с широко раскрытыми глазами и выдавливая короткие вздохи. Я переводил дыхание и молча наблюдал за развитием событий.
– Не заставляй меня, – сказала моя знакомая уже более спокойным тоном. – Хочешь разобраться – забивай стрелу, но кулон ты нам отдашь прямо здесь и прямо сейчас. Ясно?
