— Ну, хорошо! — сдалась Яника, которая явно хотела, чтобы всё это побыстрее закончилось, — только сидеть тихо, молчать и не мешать! Понятно?
— Да, мамочка, я понял, — кивнул Ники с самым чистым и невинным взглядом, который только можно было представить.
— Так, начинаем! — распорядился Стив, — мы трое садимся за этот стол. Берёмся за руки. Сареф, призови Хима так, чтобы он находился с тобой в постоянном физическом контакте.
Сареф послушно призвал Хима, который встал позади него и положил ему руки на голову. Шевью, призванный Стивом, всё ещё не хватало роста, поэтому он уселся хозяину на шею, свесив лапы, и тоже положил ему руки на голову. После этого они трое взялись за руки. Причём если Стив просто держал Сарефа за руку, то Ванда вцепилась в них с огромной силой. Эльфийка явно нервничала и очень надеялась на положительный исход, а потом плохо контролировала физическую силу.
— Ну а теперь, — Стив глубоко вздохнул, — начинаем самое сложное…
Несколько секунд ничего не происходило. А потом Сареф неожиданно почувствовал… странное. Он продолжал быть собой, но при этом он чувствовал и полное умиротворение Хима, и беспокойство Стива, и раздражение Шевью… словно они все стали частями единого круга, передавая друг другу часть своих эмоций. На пару мгновений Сареф почувствовал слабость, но Хим, безукоризненно соизмеряя свою силу, слегка надавил ему на виски — и слабость пропала. Вероятно, Стив перенаправил потребление энергии для ритуала на Хима. Что ж, это было справедливо: Сареф всё это затеял, да и Хим явно был гораздо сильнее Шевью…
Тем не менее, в этом круге энергий оставалось чёрное пятно, которое никак не желало входить в общую систему. Несколько секунд спустя Ванда начала тяжело дышать, словно ей не хватало воздуха. После этого её лицо исказила гримаса боли, её отбросило назад, а потом, напротив, бросило лицом в стол. Возникало ощущение, что в ней противоборствуют две силы, которые тянут её в разные стороны.
— Красс, не упрямься, — сказал Стив… вернее, сказал Шевью, но почему-то голосом Стива, — нам нужно поговорить.
— Вы не имеете права! — раздался в ответ ядовитый шёпот, который больно ударил по ушам всех присутствующих.
— Мы — имеем право! — сказал Сареф, но и у него почему-то вместо его собственного рта открылся рот Хима, который и произнёс эти слова его голосом, — мы носители хилереми, мы знаем, как тяжела доля этих духов-хранителей, мы не можем так просто оставить…
— ВЫ НЕ ИМЕЕТЕ ПРАВА! — шёпот мгновенно перерос в угрожающее рычание… после чего тело Ванды обмякло, и она повисла, удерживаемая руками Стива и Сарефа, — никто не просил вас лезть не в своё дело!
— Ты думаешь, Эмрикель хотел бы, чтобы ты изводил себя до конца жизни? — спросил Сареф.
— НЕ СМЕЙ УПОМИНАТЬ ИМЯ ХОЗЯИНА, — проревел голос. После этого позади Ванды, наконец, материализовалась чёрная тень. До конца она пока не сформировалась, но по размерам… если она и уступала Химу, то очень ненамного, — я потерял его! Я потерял всё! Как ты смеешь говорить, что знаешь о хилереми, если не понимаешь, как больно мне слышать его имя! Как больно понимать, что я не уберёг его!
С каждыми словами от него расходились упругие волны тёмной силы… которые, однако, не покидали их импровизированного круга. Мало того, от этих волн серебряные татуировки Хима на левой руке почернели… однако несколько секунд спустя принялись возвращать свой цвет.
— Я не потерплю этого! — взметнувшись, прошипела тень, — слабый недоносок и малолетка-переросток пришли утешать меня! Да что вы знаете об этой боли⁈
— Немало, — на этот раз ему ответил Хим, — ты можешь нас чувствовать. Посмотри мои воспоминания. Посмотри, сколько мы с хозяином страдали ради своей силы, сколько мы заплатили за своё право на жизнь!
Мгновение спустя Сареф почувствовал в своём разуме чужое присутствие. Словно тёмная призрачная змея скользила по уголкам его разума, бережно — и вместе с тем жадно перебирая воспоминания. О том, как впервые Сареф узнал, что у него есть Хим, и как близко маленький беспомощный хилереми был к тому, чтобы оказаться стёртым перепуганным до смерти мальчишкой… Как Хим был близок к смерти, когда Мёртвый Король воров шутки ради нацепил на Сарефа Наруч Экзорциста… И как Хим избивал Мёртвого Короля воров в Приграничье, жестоко мстя за все свои страдания и унижения…
И Красс неожиданно жадно вцепился в это воспоминание. Как Хим с яростным, мстительным наслаждением избивает своего врага, как этот бешеный восторг захлёстывает Сарефа, который оказался не в состоянии сразу с этим справиться… Как обессиленный нейтрал лежит у его лап, в его полной власти… Как Хим, подпирая лапой череп Короля воров, приказывает ему благодарить хозяина за его милосердие… Красс, наверное, десять раз пересмотрел это воспоминание. После чего нехотя сказал:
— Вы умеете мстить своим врагам. Мне нравится, как вы им мстили. Я тоже хочу так. Я тоже хочу, чтобы выродок, убивший моего хозяина, валялся у меня в ногах и молил о пощаде.
