Разумеется, Кейя желала услышать полный рассказ о приключениях Сарефа. И тот, по возможности, утолил её любопытство. Ну, насколько это было возможно в данной ситуации. Да, Кейе он в какой-то степени мог доверять, ибо она — Чёрная Легенда, а они все зачастую связывают себя единым словом, но вот Роггвира во все тонкости своих дел Сареф посвящать не собирался. Поэтому и значительная часть его похождений по Приграничью, и пребывания в клане Драконов остались за рамками его рассказа. Впрочем, Кейя, которая постоянно переглядывалась с Йохалле и, вероятно, ловила от него какие-то невербальные знаки, понимала, что ей рассказывают не всё, но не вмешивалась. Тем более, что её, в основном, интересовал тот самый момент, когда она прочитала в своём Системном окне, что ситуация с проклятием изменилась, и теперь ей достаточно поглотить один Высший Пункт Развития, чтобы оно исчезло навсегда… возвращая девушке право на полноценную жизнь.
— И теперь, я так понимаю, вы сейчас помогаете стревлогам? — спросила Кейя.
— Да, точно. Сареф слово держит, — протянул Эргенаш, потягивавший уже пятую кружку медовухи, которую стревлог, как оказалось, просто обожал. И Сареф с некоторой досадой отметил, что как бы Эргенаш ни дорожил его дружбой, этот момент его личности остался для него тайной. Впрочем, так уж получилось, что особо развлекаться у них времени никогда не было, перед ними всегда стояли какие-то важные задачи. Ускользнуть от драконов, проникнуть к демонам и чему-то у них научиться, натянуть нос Виктору Уайтхоллу, а потом удрать от него, выбить Наруч Равновесия, найти и вернуть Анейраша, спасти Махиаса от клана Айон, добыть кровь Чёрного Молоха… перечислять можно бесконечно. Поэтому, возможно, Сареф и принял это предложение Кейи. Слишком мало у него было возможностей просто расслабиться и отдохнуть. Хотя, казалось бы, ему ли жаловаться? Он полтора года провёл в поместье драконов, где от него не требовали почти ничего. Несколько раз поприсутствовать на уроках драконьих учеников, и один раз принять участие в их экзамене — это капля в море. Но всё же для Хима постоянно существовала ненулевая вероятность быть уничтоженным драконами навсегда… И Сареф ни на секунду об этом не забывал.
— Хорошо бы ваши Старшие слово держали, — мягко заметил Йохалле, — мало того, что вы попытались прокатить его с наградой за возвращение Анейраша — так теперь и встретили его так, как будто он должен вам мешок золота — и при этом десять лет от вас бегал, не собираясь его отдавать.
— Не, — покачал головой Эргенаш, подливая себе ещё медовухи из кувшина, — ты… не понимаешь. Хотя… мог бы. То проклятие, которое вам дала Система… мы с ним всю жизнь живём, понимаешь? Вот вы — Жители Системы… А мы нет… Мы просто живём… Просто живы… живо… животные Системы. Нет у нас никаких прав. Стревлогу можно пообещать что-то, а потом обмануть. И если ты не клялся Системой — тебе ничего не будет. И вот отсюда… понимаешь… отсюда всё идёт…
— Но ведь Сареф ни разу…
— Не перебивай! — рыкнул Эргенаш, и даже стукнул кружкой по столу, расплескав напиток, — это никак не изменить, понимаешь! Это… неравенство… оно всегда вот тут! И вот тут! — он ткнул себя сначала в грудь, а потом в голову, — и этого не изменить! Я знаю, что Сареф не такой! Но этот мир не состоит из Сарефов! И сколько сделок для нас было погублено! Когда мы вложились, сделали всё, как нужно — а другие отказались! Забыли! Передумали! Нашли более выгодное предложение! И просто ушли! А мы не в силах были как-то призвать их к ответу! И с Сарефом такая же ситуация. Он может завтра просто сказать, что передумал помогать Анейрашу — и уйти. И Система никак его за это не накажет.
— Я никогда так не поступлю!.. — начал было говорить Сареф.
— Я ЗНАЮ! — проревел Эргенаш и с такой силой ударил кружкой по столу, что она треснула и раскололась надвое, — я знаю, — снова сказал он, и в его голосе звучала невыносимая горечь от такого положения вещей, — но сам факт того, что это возможно, Сареф! Это всё равно… неравенство! И оно всё равно всегда будет оставаться! Вот почему они ведут себя так, понимаешь! Они не могут иначе. Они обязаны быть готовым к тому, что ты уйдёшь. И всё равно идти дальше.
— Господа, может быть, вам уже достаточно? — к ним подплыла рыженькая эльфиечка в сиреневом переднике и с укором уставилась на разбитую кружку, — если вы продолжите шуметь, боюсь, мы вынуждены будем попросить вас покинуть наше заведение.
— Ничего страшного, — невозмутимо ответила Кейя, — шуметь больше не будем. И счёт за разбитую кружку тоже, пожалуйста, запишите.
Служанка кивнула, после чего коротко щёлкнула пальцами — и две половинки кружки спаялись в одну, да так, что и предположить было нельзя, что десять секунд назад она была безнадёжно испорчена. После чего ещё раз обвела всех строгим взглядом и удалилась.
— Ну а ты что уставился, хитрожопая сучара? — хмуро спросил Эргенаш Йохалле, снова наливая себе медовухи, — сам же только и делаешь… что зыркаешь на всех… Мне давно под шкуру залез… и всё понял. Так что ж… молчал?
