Сидевший по правую сторону Эргенаш, кажется, до сих пор не пришёл в себя. Как оказалось, стревлогам намного тяжелее переносить подобные злоупотребления алкоголем. Кроме того, у него не было Хима, который для Сарефа всё-таки оттянул большую часть неприятных эффектов. Сареф уже своего товарища и Властью Жизни пару раз подлечил — но, как видно, окончательно с этим состоянием любой организм должен был справиться сам. Ну, либо надо быть специалистом, умения которых конкретно заточены на то, чтобы помогать другим избавляться от похмелья. И что-то подсказывало Сарефу, что при должной сноровке и умении разговаривать с нужными людьми такие специалисты бедствовать не будут.
Сегодняшнее выступление у Сарефа не вызвало большого отклика. На этот раз выступали гномы из клана Вечного Огня. И через это выступление они, вероятно, пытались рассказать историю своего клана. Их было примерно с десяток, и они, выстроившись кругом по арене, ритмично били в барабаны, которые порой принимали образ наковален, а ударные палочки в их руках — образ молоточков. И, казалось, в таком торжественном музыкальном ритме они и отбивали свою историю, передавая через выступление своё трудолюбие и любовь к кузнечному ремеслу.
Однако в какой-то момент в центре арены начал вырастать самый настоящий вулкан. И хотя Йохалле, наблюдавший за представлением через Глаз Снайпера, сразу сказал, что это иллюзия, тем не менее, это была очень качественная иллюзия. Вулкан всё рос и рос под барабанно-наковальные ритмы, и в один момент он извергнул из себя потоки лавы. Но когда они сошли и пропали вместе с вулканом — на их месте остался огромный пылающий молот, который секунду спустя взяла мощная мускулистая рука, образуя таким образом герб их клана. Ну и, как видно, обозначив, что своё начало клан положил именно тогда, когда первый из гномов Вечного Огня выковал этот молот в самом сердце гор, рядом с раскалённой магмой и из самых чистых и редких железных пород.
Когда выступление было завершено, зрители, конечно, вежливо аплодировали гномам, но такого ажиотажа, как пение эльфийских детей или даже огненный танец орков, это выступление не вызвало. Да и сам Сареф как-то подсознательно ощущал, что гномам неуютно выступать вот так, под пристальным взглядом сотен, и даже тысяч зрителей.
И в этот момент Сареф нехотя подумал, что создать вот такие Всесистемные Состязания — это было крайне умно со стороны Системы. По крайней мере, знать всех рас постоянно общалась на этих мероприятиях… Да и для любой расы вообще полезно встряхнуться, проведя время среди других живых существ, которые отличаются от тебя и ростом, и цветом кожи, и мышлением, и ценностями — и всё равно при этом понимать, что они тоже живут в Системе, тоже имеют свои права, и с их существованием так или иначе придётся считаться.
Возможно, именно благодаря этому в Системе практически не было глобальных войн, когда условно все эльфы поголовно пойдут войной против всех гномов. Да, были отдельные, так сказать, горячие очаги, где конфликты тлеют постоянно. Например, светлые и тёмные эльфы на своей границе точно обожают гадить друг другу по мелочам. Да и Маркус Мэйндрейк наверняка не просто так постоянно всем напоминает, что именно его клан постоянно стоит между отребьем из орочьих пустынь и остальным Севрогандом. И всё же по сравнению с глобальной войной это были мелочи… естественный порядок вещей, как сказал бы его старый знакомый Магмовый Арбалетчик…
— Превосходно. Мы благодарим клан Вечного Огня за это выступление, одинаково увлекательное и познавательное, — сказал Аларик, — а теперь — нам предстоит узнать имена сегодняшних участников. Господа судьи, — Аларик повернулся в сторону судейской бригады. Оба эльфа за спиной Аларика кивнули, и Маркус передал комментатору листочек. Тот, раскрыв его, сказал:
— Итак… первый участник на сегодня… Фамброил Райген-Хлад Жизни из клана Хлад Жизни!
На ноги поднялся названный Чемпион. Для гнома он был потрясающе высокого роста, что вместе с крепким (хотя, в общем-то, обычным для гномов) телосложением делало его маленьким титаном. И особенно довершали этот образ татуировки на его гладко выбритом черепе. Впрочем, они явно служили для украшения. В руках у него была мерцающая светло-синим светом булава, явно какое-то фамильное клановое оружие.
— Его же соперником будет… Алекс Випассаро-Уайтхолл из клана Уайтхолл!
Уже знакомый Сарефу парень с каштановыми волосами поднялся и, не обращая внимания на отца и Виктора, которые пытались давать ему какие-то напутствия, направился к своему месту. У него, в отличие от Фамброила, который показательной поигрывал своей булавой, никакого оружия пока видно не было.
— Итак, Чемпионы готовы! — сказал Аларик, когда арена снова приняла четырёхсекторный вид, а Алекс и Фамброил встали в 20-ти шагах друг напротив друга, — в таком случае — начали!
