Теперь мама смотрела на Славика уже растерянно. В том, как вёл себя её сын, было какое-то непонятное ей нарушение порядка. Этот порядок давно уже был установлен в семье Барышевых. Да и не только у Барышевых, но и в других семьях всякое преступление наказывалось, а за наказанием следовало извинение, а уж за извинением – прощение. Мало кто из родителей наказывает своих детей, радуясь. Главное для них удовольствие – это прощать. Но Славик, кажется, и не собирался просить прощения. Он стоял перед мамой, и вид у него был такой невиноватый, что мама забеспокоилась. Она взяла из рук сына портфель, положила его на стул, затем молча повела Славика в комнату и усадила на диван.
– Держи пять минут, – сказала она, подавая Славику термометр.
«Действует, действует! – холодея от радости, снова подумал Славик. – Галка молодец. Она всё придумала правильно!»
Термометр показал нормальную температуру.
– В чём дело, Слава? Ты объяснишь, может быть?
– А чего объяснять… Просто я не хочу тебя слушаться. Вот и всё.
– Как ты сказал?
– Как слышала. Я тебя больше не слушаюсь. Никогда.
– А ну марш! На кухню! – тихо сказала мама. – Я тебе покажу, что значит не слушаться!
– Не пойду, – сказал Славик. – Сама марш, если тебе нужно.
Славик ожидал, что мама сейчас рассердится по-настоящему. Он даже немного испугался своих слов. Но про себя он твёрдо решил не сдаваться, не отступать, потому что отступать было уже некуда.
Мама почему-то не рассердилась. Она с каким-то испугом посмотрела на Славика и быстро вышла из комнаты. Славик слышал, как она в коридоре подошла к телефону и набрала номер. Затем донёсся её встревоженный голос. Она говорила со знакомым доктором. Доктор, наверное, упрямился, потому что она несколько раз повторила: «Пожалуйста, срочно, очень прошу вас». Затем она вернулась в комнату и села за стол, поглядывая на сына с испугом и как будто с жалостью.
– Не нужно мне никакого доктора, – сказал Славик. – Я же просто тебя не слушаюсь. Это ведь не болезнь.
– Хорошо, хорошо, – торопливо проговорила мама. – Я всё понимаю. Ты только сиди спокойно. Сейчас придёт дядя Миша, ты его хорошо знаешь. Он тебя немножко посмотрит… Ничего страшного.
Вскоре в прихожей раздался звонок. Мама выбежала встречать дядю Мишу, который долго возился и топал ногами возле вешалки. Затем топот смолк, и послышался мамин шёпот.
Дядя Миша вошёл в комнату, потирая руки, и загудел с порога:
– Угу, угу… Так-так… Ну-ка признавайся, Вячеслав, что с нами случилось?
– С вами? – переспросил Славик. – А я не знаю, что с вами случилось.
Дядя Миша и мама переглянулись.
– Я лучше выйду, не буду мешать, – сказала мама.
– Тогда скажи, что с тобой случилось? – спросил дядя Миша, когда они остались одни. – Впрочем, можешь не говорить. Открой рот.
– Не открою.
– Открой рот и скажи «а-а-а», – строго повторил дядя Миша.
– Бе-е-е… – сказал Славик.
Дядя Миша изумлённо посмотрел на Славика и присел возле него.
– Ты что, не узнаёшь меня?
– Ну да, не узнаю. Конечно узнаю, – сказал Славик.
– Тогда почему же ты меня не слушаешься?
– А я теперь никого не слушаюсь, – сообщил Славик.
– Гм-гм, – прогудел дядя Миша. – Это почему же?
– Просто надоело.
– Ну а просьбу ты мою можешь выполнить? Не приказ, а просьбу?
– Пожалуйста, – согласился Славик.
– Покажи язык.
Славик высунул язык так, что чуть не достал им до носа дяди Миши.
– Прекрасно, – сказал дядя Миша. – Теперь дай руку. Это тоже просьба.
Дядя Миша взял руку Славика и замер, поглядывая на секундную стрелку своих часов.
– Так, – удовлетворённо сказал он. – Ну а ещё одну мою просьбу ты можешь выполнить?
– Какую?
– Перестань дурака валять! – закричал дядя Миша. – Прекратить эти фокусы, пока я тебе… пока я тебя…
– А чего вы мне сделаете? – с вызовом спросил Славик.
– А вот что! – грозно сказал дядя Миша. – Я тебе… гм… действительно… Что же я тебе…
Услышав громкие голоса, в комнату вошла мама. Вид у неё был встревоженный. Она вопросительно посмотрела на дядю Мишу.
– Всё в порядке, – сказал дядя Миша. – Эта болезнь легко излечима. Компресс по мере надобности. Вот сюда. – И дядя Миша указал рукой на то, что находилось у Славика пониже спины.
– Но с ним никогда такого не было! – почти шёпотом проговорила мама.
– Всего когда-то не было, – сказал дядя Миша. – И нас с вами не было, и даже медицины не было. Впрочем, медицина тут ни при чём. Пусть принимает раза три в день по моему рецепту – быстро поправится. А теперь прошу прощения, меня ждут больные… – Дядя Миша покосился на Славика. – Настоящие.
Проводив дядю Мишу, мама решительными шагами вошла в комнату.
– А теперь я хочу знать, что всё это означает? – сказала мама. – Может быть, это у тебя какая-то новая игра? Мне не нравится эта игра. Или ты сейчас же объяснишь, в чём дело, или… – Мама задумалась на секунду. – Или тебе будет хуже!
– А что будет хуже? – спросил Славик.
– Узнаешь.
– А я и хочу узнать, – сказал Славик. – Ты скажи.
– Вячеслав, это уже настоящее издевательство! Ещё минуту назад я могла бы тебя простить. Но теперь можешь не ждать пощады.
