Он постучал в золоченую, высокую дверь и нажал на бронзовую ручку.
Окна опочивальни были раскрыты, Яков, сидя за ореховым столом, раскладывал пасьянс.
-Опять не сходится, - усмехнулся он, погладив светлую бородку.
Джон наклонился над плечом короля и переложил три карты. Яков потрепал его по плечу:
«Математик. Твой отец покойный тоже – отлично с ними, - он кивнул на колоду, -
управлялся. Садись, - король кивнул на кресло напротив, - рассказывай.
Джон достал из папки книгу и протянул Якову: «Только что с печатного пресса, вам
понравится. Я его, - он кивнул на томик, - на испанском языке читал, а это – первый
английский перевод. Рыцарский роман, но, - мужчина поднял бровь, - необычный.
-Чудесная история остроумного рыцаря Дон Кихота, - Яков полюбовался изданием. «В
переводе Томаса Шелтона, хорошо, что мы его не повесили, - король рассмеялся. «Хотя
было за что, все эти его дела с Испанией, и служба доверенным курьером у этого мерзавца
Мак-Карти, - за такое казнят. Как, кстати, Мак-Карти, не сдох еще в Тауэре?
-Пишет историю Ирландии, - ответил Джон. «Вы же разрешили ему и книги, и перо с
бумагой»
-Ну, пусть пишет, - Яков потянулся. «Его книга будет отличным надгробием для его страны.
Чтобы я такого слова - «Ирландия» - больше не слышал. Чем больше мы туда отправим
наших протестантов , тем скорее сдохнет вся эта католическая шваль. Земли в Ольстере,
надеюсь, уже распределили между колонистами?»
Джон посмотрел в свои записи: «Да, три тысячи акров каждому, при условии, что они поселят
в своих владениях как минимум двадцать семей из Англии или Шотландии. Уже около семи
тысяч человек переехало. Ветеранов войны, тех, у кого недостаточно денег на обработку
владений, поддерживают лондонские торговые компании, я с ними договорился».
Мужчина на мгновение закрыл глаза и вспомнил ядовитый голос Питера Кроу: «Конечно, наш
совет директоров выделит фонды для этой авантюры...
-Выбирай выражения, - предостерегающе сказал Джон, - это приказ короля.
Питер наклонился и погрел руки у камина: «Какая промозглая весна..., - пробормотал он, и,
распрямившись, добавил: «Я и его величеству то же самое скажу, буде представится
возможность. Хотите, чтобы у нас на пороге вечно тлел очаг недовольства – переселяйте
туда колонистов. Я лично, - он пожал плечами, - предпочитаю финансировать плантации
табака в Джеймстауне, хоть прибыль от этого есть, в отличие от ольстерских болот».
-Посмотрим, как ты запоешь, - сказал Джон, допивая вино, - когда твой любимый племянник
Дэниел станет рабовладельцем. А это непременно случится, потому что там, - в Новом
Свете, - кому-то надо обрабатывать землю. Индейцы этого делать не будут, а у наших
колонистов – руки слишком холеные.
Лазоревые глаза блеснули холодом, и Питер коротко сказал: «В моей семье никто не будет
пачкаться о такое. Все, - он подошел к столу, и отметил что-то в личном дневнике, - через
неделю заседание правления, приходи за своими деньгами и удачи вам, - Питер криво
усмехнулся.
-Очень хорошо, - Яков закинул руки за голову. «Я хочу туда, в Ольстер, послать лорда
Кинтейла – не сейчас, пока он мне нужен в Шотландии, а года через три. Кеннет человек
безжалостный, при нем ирландцы будут знать свое место. Ну, да мы с тобой еще поговорим
об этом».
Король погладил мягкий кожаный переплет книги и отложил ее. «Говоря о книгах, я велел
выплатить премию переводчикам Библии – очень удачно получилось, ты их отлично
подобрал. Особенно Песнь Песней, - Яков опустил веки и проговорил:
-Behold, thou art faire, my loue: behold, thou art faire, thou hast doues eyes.
-Это как раз дядя Джованни переводил, - вспомнил Джон и улыбнулся.
Яков открыл один голубой глаз и спросил: «Сколько ведьм повесили?»
-Пятеро в Норхемптоне и десять в Ланкашире, - ответил Джон. «Ланкаширских ведьм пока не
казнили, там еще суд идет».
-Суд, - фыркнул Яков. «Ну, впрочем, да, инквизиторы – и то писали какие-то протоколы, как
положено. Следи за этим, еретика Уайтмана, отрицавшего божественность Иисуса, сожгли, -
за что тебе большое спасибо, - и так будет с любым, кто покушается на основы нашей
церкви. Не зря, - король зевнул, - меня называют «Защитником веры».
-И ведь я ничего не могу сделать, - вздохнул про себя Джон. «Бесполезно с ним
разговаривать, - одной рукой он дает деньги на телескопы и строительство корабля,
который будет плавать под водой, а другой – посылает на смерть этих бедных женщин».
-И в колониях тоже, в Джеймстауне, - велел Яков, - пусть не закрывают глаз на проявления
ереси или колдовства, храни нас от него Господь, - король набожно перекрестился.
-Конечно, - спокойно сказал Джон. «Ваше величество, тут еще сообщают из Плимута –
капитан Николас Кроу появился в Англии».
-Без корабля, конечно, - сочно сказал Яков.
-Вот, - Джон протянул ему бумагу, - двое моих осведомителей доносят, они оба были в той
таверне, «Золотой Ворон».
-А Берри отказался, - подумал Джон. «Как это мой человек в Плимуте написал: «Означенный
Сэмуэль Берри, владелец таверны «Золотой Ворон», на предложение сообщать о
подозрительных посетителях, а также их разговорах, ответил словами, которые я не могу
