Я его спрашивал, что случилось, а он, - Ник пожал плечами, - молчал. А потом отец отвез
нас в школу, сюда, в Лондон, ну, дальше вы сами знаете..., - он допил вино и, поставив бокал
на стол. «Если бы я тогда не струсил, тетя, Майкл бы таким не стал».
-Да кто ж знает, милый мой, - Марфа пожала плечами. «Что с нами станет, или не станет –
то одному Господу Богу ведомо. Ты же знаешь, говорила я тебе о брате своем, - каким он
был. И отец твой – тоже был разным. И Майкл, и ты».
Виллем снял с ковра шпагу и вложил ее в руку Николаса: «Возьми, мальчик. Она твоя по
праву».
Мужчина посмотрел на золоченых наяд и кентавров и вспомнил резкий, соленый ветер с
запада, бирюзовую воду моря и веселый голос отца: «Ну что, капитан Кроу – мы с тобой
дошли до Кариб, а теперь – будем сражаться!»
-Да, - сказал Николас, почувствовав такую знакомую тяжесть клинка. «Да, тетя, спасибо
вам». Он наклонился и поцеловал маленькую, в блеске колец, руку.
Теплый, южный ветер вздувал стружки на дворе верфи. Николас Смолл почесал в русой
бороде, и, развернув чертежи, пристроив их на верстаке, рассмеялся: «Ну, такие корабли мы
за неделю строим, адмирал, дело знакомое, я еще когда «Открытие укреплял, понял, как это
надо делать. Сколько экипажа будет? – спросил он у Ника.
-Человек пятнадцать, не больше, - ответил капитан Кроу и помахал рукой мужчине, что
спускался со стапелей.
Волк, в грязной, пропотевшей льняной рубашке, сладко потянулся, и, забросив на плечо
топор, почесав белокурые волосы, сказал: «Господи, как хорошо-то руками поработать, а то
все за карточным столом, уже и забыл, как доски стругают».
-Ну, вот и вспомните, - рассмеялся мастер. «Так что, дорогой сэр Николас Кроу, - он
похлопал мужчину по плечу, - дней через десять принимай корабль. Потом отделка, паруса,
такелаж – в море будете в конце августа.
-И правда, - подумал Николас, - надо будет зайти в Амстердам, на один день, подарки
Мирьям и ее мужу привезти, с племянником познакомиться.
-Так что, - заключил мастер, складывая бумаги, - отправляйся, к поставщикам, занимайся
провизией, экипажем – а мы тут все сделаем.
Ник вышел на пристань, и, оглянувшись, прочел большие золоченые буквы на деревянных,
высоких воротах: «Британская Ост-Индская компания». Он прищурился и увидел бот, что,
наклонившись под ветром, шел к южному берегу Темзы.
-Эй, на пристани, канат примите! – раздался веселый голос. Ник, вздрогнув, поднял глаза –
сестра, в темных бриджах, рубашке и камзоле, стояла на носу лодки. Волосы девушки были
свернуты в узел и убраны под шляпу с высокой тульей.
Белла выскочила на пристань, и, обняв Николаса, горячо проговорила: «Мы так рады, так
рады! Нам тетя Марта все рассказала, поздравляю тебя, братик. И папина шпага, - Белла
ласково погладила золоченый эфес, - у тебя, это правильно».
-Видите, сэр Николас, - раздался нежный голос, - я вам не зря пожелала удачи.
-Спасибо, леди Констанца, - он, наконец, набрался смелости и взглянул на девушку. Она
сидела на борту лодки, закинув ногу на ногу, из-под темного, большого берета на стройную
спину спускались рыжие косы.
-Как ей хорошо в мужском наряде, - подумал капитан.
-И спасибо за флаг на Темзе, - помолчав, добавил он, - мне это очень помогло, там, в
Тауэре.
Констанца улыбнулась, - мимолетно, легко, - и сказала: «Мы с Беллой идем в Саутенд,
испытывать мой прибор для определения координат».
Сестра внезапно посмотрела на Николаса и рассмеялась: «Может быть, ты сможешь меня
заменить, ну, с парусом? Мне надо с Джоном поговорить, насчет твоих денег. Вы меня
только высадите на пристани в усадьбе, - Белла махнула рукой в сторону северного берега, -
и выходите в море».
Николас вдохнул горьковатый, острый запах апельсина, и увидел, как нежные пальцы
Констанцы гладят борт лодки.
-Конечно, - сказал он, отвязывая канат, шагая в бот. «Конечно, я все сделаю».
-Спасибо вам, сэр Николас, - она все еще улыбалась. «Заодно, если все пройдет удачно, я
вас научу пользоваться этим механизмом, возьмете с собой, в экспедицию».
Капитан оттолкнул лодку от пристани, и, увидев, как бьются по ветру ее косы, ответил: «Я
буду вам обязан, леди Констанца»
Николас посмотрел на пустынное, темно-синее море. Вдали, на берегу, виднелась
деревенька, - с десяток домов под черепичными крышами.
-Это Саутенд, - сказала Констанца. «Там у Джона есть дом, небольшой, и причал – для бота.
Вы не бросайте якорь, сэр Николас, я хочу показать вам, как прибор работает на
двигающемся корабле».
-Ветер легкий, - Ник закрепил парус, - так что если нас и отнесет немного в сторону – не
страшно.
Девушка открыла маленьким ключом шкатулку красного дерева.
-Все очень просто, - победно улыбнулась Констанца. «Достаточно принять некую долготу, -
скажем, лондонскую, за нулевую точку отсчета и определить точное время на этой долготе.
После чего надо вычислить разницу между этим временем и временем, что показывают
корабельные часы. Поскольку Земля делает оборот вокруг своей оси за определенный
промежуток времени, то используя сферическую тригонометрию, - ее знают даже дети, -
можно узнать положение судна по отношению к этой самой нулевой долготе».
