Подобное поведение не являлось прихотью Меган – скорее естественной потребностью: в сексе, в общении, в контакте. И да, Дэвис прав – это было частью сущности эмпата, а потому могло статься, что продолжать работать в обычном человеческом коллективе она в принципе не сможет – если и дальше ее поведение будут расценивать как сексуальную неразборчивость, а не необходимость для существования. Меган уговорила себя не впадать в панику и решать проблемы по мере их поступления – пришел приказ о переводе на станцию «Антарес», где располагалась военная база. Там она сможет разведать обстановку и принять решение о том, как себя вести, чтобы не провоцировать дальнейшие конфликты.
Прощание с личным составом «Агамемнона» прошло тяжело и трогательно – за день до стыковки с «Антаресом» все ее любовники и приятели собрались в кают-компании и вспоминали, что веселого и приятного произошло за полтора года службы. Меган хотелось всплакнуть от сожаления, которое можно было буквально черпать ложкой.
На следующий день Меган покинула камеру стыковочного шлюза «Агамемнона», прошла несколько десятков метров по освещенному длинными лампами коридору и оказалась в терминале «Антареса». Здесь все было как на гражданском объекте: сразу вспомнились транспортные узлы, не используемые военными: указатели, инфопанели, подсветка зон прибытия, автомат по выдаче багажа.
Не так давно возведенная станция «Антарес» имела смешанное назначение. Построенная земной армией на орбите третьего спутника планеты-гиганта ER‐201, она очень скоро стала пользоваться популярностью как перевалочная база для выхода в гиперпространство – слишком удачно была расположена. Потому на станции сразу появились и грузовой, и пассажирские терминалы. Гражданским выделили и переоборудовали несколько отсеков – не только для жилья, но и для размещения объектов инфраструктуры: магазинов, кафешек и прочей сферы обслуживания, необходимой и для обычных людей, и для военных, не имеющих возможности часто ходить в увольнительные и летать на планеты, чтобы купить себе, например, не форменную одежду.
Обслуживанием «Антареса» также занимались гражданские – техники хоть и находились на полном армейском довольствии и медобслуживании, но не являлись военнослужащими.
Всего на станции проживало около четырехсот человек: примерно половина из них – личный состав военной базы, около пятидесяти – технический персонал и остальные – гражданские лица, работающие и проживающие на «Антаресе» постоянно.
Меган догадывалась, что медблок, где она должна работать, – единственный объект медицинского назначения на станции, а потому работы для двоих медиков будет более чем достаточно. Вглядываясь в толпу встречающих в зале ожидания, она заметила женщину лет сорока в военно-медицинской форме.
– Капитан Конелли. – Меган подошла и улыбнулась своей максимально открытой улыбкой.
– Лейтенант Уиллиамс, – равнодушно кивнула она. – Можете называть меня Энн или док.
– Очень приятно, Энн, – вновь улыбнулась Меган, но уже осторожнее, несколько озадаченная реакцией начальницы. – Я просто Меган.
– Меган, сейчас зайдем к полковнику Миллеру на пять минут, а потом в медблок. Ты же не устала с дороги?
– Нет, все нормально, – покачала головой Меган. – Пойдем.
Знакомство с руководством станции – последнее, чего она хотела в данный момент. Скорее всего, перевод сопровождался какой-то информацией, и Меган не представляла, насколько конкретно полковнику озвучили причину, по которой ей пришлось покинуть экипаж «Агамемнона».
Следуя за безразличной Энн, она попыталась отбросить неприятные мысли и начала разглядывать «Антарес» изнутри – станция показалась просто колоссальной. Множество уровней, соединенных лифтами и подвижными переходами, нестандартная для военных объектов архитектура – даже гигантский купол, открывающий вид на темное небо в одном из залов.
– В комм схему загрузи, будет больше понятно, – будто прочитав ее мысли, посоветовала Энн.
Меган слабо улыбнулась в ответ – женщина озадачивала своим спокойствием. Создавалось впечатление, что на поверхности нет практически никаких эмоций, но она подозревала, что это только внешнее – возможно, из-за какого-то стресса Энн запрятала их глубоко внутрь, чтобы вновь не испытывать боль. Вопросы психологии, которые Меган изучала еще в Консорциуме, конечно, не сильно глубоко касались тайн человеческой души – большинству эмпатов было плевать на эмоциональное состояние обычных людей, – но все же давали некое понятие о типичных моментах в поведении.
Через полчаса они вошли в приемную полковника Миллера – мужчины лет пятидесяти, седого и статного. Меган услышала у него подозрение и скептицизм.
– Док, оставьте нас, – приказным тоном произнес военный.
– Да, сэр. – Энн покинула кабинет.
