– Я хотя бы умею адекватно общаться, – пожала плечами Меган и проследовала в диагностический кабинет. На полпути обернулась. – Чего вообще пришли-то? Похмелья вроде нет.
– Миллер сказал за тобой присмотреть, – ответил Купер. – Вот и хотели подробнее расспросить, что случилось.
Рассказывать особо было нечего – Меган изложила все, включая соображения о том, что никого не ощущала рядом ни в коридоре, ни в столовой. Ее взгляд машинально скользил по лицу Морриса – голубые глаза, властный подбородок, четкие скулы, аккуратная светлая борода и россыпь веснушек, ничуть не умалявшая его мужественности. Меган слыла ценительницей красоты, мужской – в особенности, потому просто ничего поделать с собой не могла, тем более что секса не было уже давно. Интересно, заметил ли Моррис? Надо будет наедине спросить о блоках – знает ли он сам, что выставляет их, или все происходит на уровне подсознания. Меган о таком слышала, но это касалось тех членов Консорциума, которых завербовали во взрослом возрасте.
– Изучил записи с камер в столовой – никого. А возле медблока именно этот участок не был охвачен. Передал через Эдвардса запрос, чтобы поставили еще одну камеру, – сообщил Меган Моррис.
Следующие недели ничего не происходило – Меган уже начало казаться, будто все было лишь случайным совпадением. Со своими охранниками она тоже не общалась, хотя иногда вспоминала Морриса – наверное, самый безопасный объект для фантазий: и девушка есть, и переведется скоро. Зато мужик красивый. Все как Меган любит – высокий, в меру накачанный.
На «Антаресе» имелся неплохо оборудованный спортзал, где можно было заниматься на тренажерах и командными видами спорта. Но Меган теперь старалась посещать его ночью, чтобы не пересекаться с сослуживцами, – незачем лишний раз будоражить и без того воспаленное воображение. Она же обещала себе играть по правилам людей. Любить свое тело и поддерживать его форму – привычка, привитая в Консорциуме, поэтому полностью отказаться от походов в тренажерку Меган не могла.
Еще один плюс станции – полноценный душ в каютах офицеров. Конечно, вода в открытом космосе использовалась бесчисленное количество раз – проходила через сложную систему фильтрации, – но все же стоять под упругими струями воды гораздо приятнее, чем пользоваться ионным душем на военных кораблях. И ощущение чистоты было настоящим.
В один из дней, ближе к концу смены, медиков «Антареса» вызвали в приемную на оперативное совещание.
– На орбите четвертой планеты звезды QM‐856, это в двух часах по гиперу от «Антареса», гражданский транспорт подал аварийный сигнал и больше на связь не выходил. Скорее всего, упал на поверхность. Так что отправляем спасательную экспедицию, – сжато изложил причину вызова полковник и отдал приказ: – На челноке летят Моррис и Уиллиамс, два истребителя в сопровождение.
«Агамемнон» тоже частенько оказывал помощь гражданским, терпящим бедствие в патрулируемых секторах. На «Антаресе» ввиду стационарности эта задача была трудновыполнимой – надо отправлять транспорт.
– Какие условия там? – решила уточнить Меган.
– Планета пригодна для жизни. Частично терраформирована. Но необитаема, – продолжил вводить в курс дела Миллер.
– А почему там до сих пор никто не живет? – нахмурился Моррис.
– Какие-то аномалии, которые не позволяют оборудованию нормально работать, насколько мне доложили, – не то чтобы уверенно ответил полковник. – С транспортником тоже связь потеряна.
– Короче, будет весело, – усмехнулся штурмовик.
Меган понимала решение Миллера: во‐первых, Энн остается на станции как старшая и более опытная, во‐вторых, если придется эвакуировать гражданских, нужна максимальная грузоподъемность челнока – поэтому в экипаже только пилот и штурмовик в одном лице и медик. Третий пункт Меган добавила от себя: эмпат может справиться с небольшими проблемами со здоровьем без медикаментов и оборудования.
После участия в сопротивлении Меган не боялась ни чужих планет, ни новых условий, хотя за почти пять лет мирной жизни уже успела отвыкнуть от острого чувства опасности, которое всегда сопровождало ее во время войны с Консорциумом.
Перед вылетом Меган тщательно проверила медицинское оснащение челнока на случай, если экипаж транспортника серьезно пострадал. Хотя вряд ли удастся оказать полноценную помощь – бортовая медкапсула имела крайне ограниченные возможности.
Одевшись в легкие летные комбинезоны, они с Моррисом заняли свои места в кабине небольшого универсального катера, предназначенного как для межпланетных, так и для атмосферных полетов, – идеальный выбор для спасательной миссии.
Путь что в гиперпространстве, что в открытом космосе прошел в тишине: Моррис уткнулся в свою консоль, а Меган расположилась в кресле второго пилота – кабина челнока была довольно просторной.
– Как думаешь, мы найдем их? – Меган решилась на беседу, не выдержав нескольких часов молчания.
– Хрен его знает, – пожал плечами Моррис.
– Ты приличные слова хоть знаешь? – съязвила Меган.
– Знаю, но не про твою честь, – оскалился он.
